Золо

Ему нужно было оказаться на свежем воздухе — побыть в одиночестве, хорошенько подумать.

— Ты поступил правильно, Ханун, — Сону посмотрела на мужа и довольно кивнула. — Будет ему уроком на будущее — он должен знать своё место.

— Не слишком ли мы к нему жестоки, моя лилия? Серкан испугался, он до смерти боится лошадей. Зря я это всё, — с грустью откликнулся император. — Он же совсем ребёнок.

— Ему двадцать! Пора бы уже и показать себя, — повысила голос Сону. — Пускай он и слеп, это не помешает ему приносить королевству пользу.

Император почесал затылок и продолжил работу, надеясь, что они не совершили ошибки и Серкан не замкнётся в себе окончательно. Что ему, что жене стоило быть к младшему сыну добрее, а не, испугавшись, бросить его гнить в одиночестве. Наломали же дров…

— И нечего сидеть с таким угрюмым лицом, старый хрыч.

Ханун лишь покачал головой и проводил супругу измученным взглядом. Он помнил её совсем другой — да только дворец сломал Сону, а красота с годами завяла.

Серкан же, пока с его локонами играл ветер, раскачивался на качелях: весело болтая ногами и вкушая истинное наслаждение. Он не знал, утро сейчас или ночь, да и не хотел знать. Он не стремился кого-либо увидеть и с кем-то поговорить. Если бы кто-то посулил ему исполнить любое его желание, он бы загадал исчезнуть и тем самым никуда не поехать.

Впереди ждала неизвестность, но он знал наперёд, что приказ есть приказ и его нельзя не исполнить.

Ветер донёс до него аромат бумаги и крови — запах Рустема. Верно, ему обо всём успели доложить, и вскоре качели остановились и прогнулись под весом второго человека.

— Я уже знаю, Ваше Высочество. Не стоит переживать. С завтрашнего дня я разделю с вами обучение конной езде: один вы не останетесь.

Рустем надеялся прийти раньше и пришёл бы, если бы не попросивший разобраться с документацией отец. Серкан, ничего не говоря, опустил голову на его плечо.

— Спасибо, — раздался еле слышный голос, и вскоре Серкан, переполненный усталостью, заснул прямо на качелях.

Рустем не мог не отнести его в комнату: лишь бы друг не замёрз и не заболел.

Глава 4: Может, хватит издеваться? Или как братья втайне от младшего брата его защищали и оберегали.