Суперинтендант и его заботы

- Почти шесть лет… И начало происшествий с заменой предмета на иллюзию здесь отмечено?

- Во всяком случае, здесь отмечен тот случай, когда я лично был привлечён к решению вопроса.

- То есть, история с креслом?

- Да, госпожа коммандер, - с достоинством поклонился Кавальери.

- Отлично, - вмешался в беседу Торнабуони. – Тогда мы можем идти…

И снова господин суперинтендант с реверансами и сожалениями объяснил, почему невозможно вынести записки из здания «Ла Фениче». Выслушав его витиеватые извинения, Джан-Марко потёр подбородок.

- Ладно, - решился он. – Выделите нам какую-нибудь тихую комнату, часок я могу урвать от дел.

Взвесив на руке тетрадь, Лавиния тихонько хмыкнула, но возражать не стала. Кавальери выдвинул ящик стола, достал оттуда ключ, снабжённый загадочной биркой «худ. маст.» и распахнул дверь.

Вновь они шли по узким коридорам, поднимались и спускались по лестницам, пока, наконец, госпожа Редфилд не уверилась окончательно в том, что без посторонней помощи она не выберется на улицу никогда.

Ну, разве что проломит стену или откроет портал неизвестно куда, искажённый водой каналов. Наконец синьор Кавальери подошёл к двери, примечательной тем, что она была, во-первых, вдвое шире обычной, а во-вторых, на ней широкими мазками был нарисован знаменитый крылатый лев с раскрытой книгой. Лев был зелёный, крылья – нежно розовые, а книга алая. Покрутив ключом в скважине, суперинтендант распахнул правую створку и сказал:

- Вот, господа, здесь никто вам не помешает. Вон те два кресла очень удобные, не смотрите, что такие страшненькие.

Кивком поблагодарив, Лавиния вошла и осмотрелась. Загадочная надпись на ключе стала понятной: вокруг стояли несколько мольбертов, множество картонов, как чистых или загрунтованных, так и с начатыми картинами. Пахло скипидаром и чем-то ещё, неуловимым, но не противным.

- Наш художник уехал на две недели, - развёл руками Кавальери. – Сказал, за вдохновением, будто ему в Венеции вдохновения мало. Когда захотите уйти, дверь заприте, вот ключ, а дневники положите вот сюда.

И он поставил на стол невесть откуда взявшуюся шкатулку.

- И не запирать? – поинтересовался Торнабуони.

- Просто захлопните крышку, - толстяк уже пошёл к выходу, потом остановился, хлопнул себя по лбу и добавил. – Да, забыл сказать: на обратном пути Бартоло вас проводит.

И в самом деле: серый кот потёрся о ноги госпожи Редфилд. Понюхал пальцы протянутой к нему руки Джан-Марко, мурлыкнул и вспрыгнул на стул, где и улёгся, свернувшись калачиком.