Демоны должны умереть

Действительно, накинусь на блондина – и тот продолжит говорить о моем нездоровье, еще и доказательства этого самого нездоровья получит.

Мне потребовалось три вдоха, чтобы усмирить бьющий набатом в ушах пульс. Ну уж нет, не куплюсь. И вообще – что за ерунда? Это я свои семнадцать могла в драку полезть… Или что – молодое тело теперь выше разума?

А этот Олег разливался соловьем. И про мои-Владимировны тяжелые годы после аварии, в которой погибли отец с матерью, и про новый удар из-за происшествия в Корпусе с братом, и про то, что у меня прекрасный характер, но сложное прошлое в «отдаленном от света особняке под диктатом отца, предпочитавшего реальности фантазии»…

– Хватит, – оборвала я его.

– И господин Виноградов, – Олег меня полностью проигнорировал, – видный менталист, уверен, что подобное воспитание и психотравмирующие события положили начало диссоциативному расстройству, и вторая, ложная личность агрессивна и опасна. Потому госпожа Ланская не может отвечать за свои поступки, и…

– Хватит! – рявкнула я.

По кабинету пролетел порыв ветра. Не слишком сильный, но ощутимый. Ледяной ветер, принесенный из астрала. Мной принесенный, моей злостью.

– Я решил, что так будет лучше, – откликнулся Ловец, устроившийся на верхней полке ближайшего стеллажа, – так что да, тобой. Почти.

Заткнись.

Оба визитера замерли. Блондинчик явственно побледнел, не то от злости, не то от страха. Голицын же смотрел скорее с интересом, словно генерал на наши рождественские представления.

Я поймала взгляд «жениха».

– Вон.

– Что?

– Вон из моего дома.

– Но, дорогая…

– Не «дорогая». Вон. И я запрещаю тебе и всем твоим родственникам и друзьям появляться в моем доме без моего согласия. Ты оскорбил меня и мою семью.

Блондинчик поднял руки.

– Эй, эй, успокойся! Не нужно переживать понапрасну. Я знаю, что ты еще не отошла от переживаний, что ты передумаешь. Я лишь сказал то, что и так известно, понимаешь? Ты ведь любишь меня, Ника. Любишь, я знаю.

Люблю?..

Да, он красив.

– Вон, – повторила я, выбираясь из наваждения. – Сейчас же.

– Дорогая, вспомни…

Вновь уже не странное, а понятное чувство. Совершенно понятное.

Вот только этот блондин – не мой Артур. Совершенно точно нет. Артур погиб много лет назад, а этот урод пытается какой-то демонской магией залезть в мое тело и мысли.

Я усилила щит вокруг разума, распространяя защиту на тело.