Функция-1

— Ты же нормальным пацаном рос! Как же мы с матерью твоей проглядели, что ты на наркоту подсел!

Столько боли было в этом его восклицании, что мне даже стыдно стало. Будто я сознательно ступил на тропу злодейств и убийств, а не проснулся прямо посреди нее. Или хуже того — спутался с плохой компанией, начал принимать наркотики, а всех своих жертв убил, чтобы найти денег на еще одну дозу!

Пришлось даже приложить усилия, чтобы удержаться от оправданий. Да и не нужны они были — минутная слабость родича прошла, и на меня снова смотрел бывший мент.

Жесткий, пусть и постаревший волчара, всю свою жизнь проведший в общении с уголовниками.

Эх, как же тебя убедить? Сразу показать способности? Не, пожалуй, не стоит пока! Перепугаю человека, схлопочу заряд картечи в лицо. Может, даже выживу, но красавчиком больше не буду.

— Я могу рассказать, но это больше на сказку похоже. И ты со своим полицейским мышлением хрен когда в такое поверишь.

— Никогда в полиции не служил.

— Ну, ментовским...

— Попробуй.

Только... — тут он демонстративно положил ружье на стол между нами, поднялся и повернулся к холодильнику, стоящему за спиной. Открыл его, достал две бутылки пива. Двигаясь так же неторопливо, открыл обе, одну поставил передо мной, а ко второй приложился, как горнист.

Ну да, у него же трубы горят, а тут я появился, похмеляться мешаю. Однако хороший знак, по крайней мере, не начнет палить сразу.

— Во-о-от! — выдохнул он с таким наслаждением, что мне самому захотелось опустошить свою бутылку в пару-тройку глотков.

— Теперь рассказывай.

И я стал говорить, изредка прикладываясь к бутылке. Дядька смотрел на меня, не отрываясь, не скрывая иронии. Мне даже захотелось прервать рассказ и треснуть его по маковке, до того раздражало это снисходительно-саркастичное выражение на лице. Но я сдержался, понимая, что так у нас ничего не выйдет. Закончил я так:

— По сути, все, что про меня говорят, правда. Этих людей убил я. По крайней мере, так это выглядело. Но был это не я, понимаешь? И не обдолбанный наркоман, каким ты меня уже, по глазам вижу, считаешь.

Истина в нюансах, как обычно. И главный из них такой: поверишь ты мне или нет?

 Замолчал и выжидательно уставился на родича. Он, тертый жизнью и мало кому верящий мужик, меня не разочаровал.

— Ты прав. Не поверю, — прикончив бутылку, резюмировал он. — Слишком бредово, чтобы быть правдой, а я и в самом деле бывший мент.

— Который меня с пеленок знает, — парировал я.

— И это верно.