Магистерий. По горячим следам

— Ой, а мы ведь и не попрощались! — Анфиса бросилась к Любе и обняла её. — Спасибо вам, Любовь Викторовна! Вы для нас такое сделали! Спасибо.

— Ну что ты, что ты, — Люба даже смутилась. — Все хорошо. Я рада, что смогла помочь.

— Да, спасибо вам! — вторил Александр своей подруге. — И знаете, мне почему-то кажется, что мы с вами ещё встретимся.

— Да, конечно, встретимся. Что бы там ни показала экспертиза, мне же нужно будет сообщить вам об этом. Ну, и так, может, придётся поделиться какими-то мыслями, соображениями…

При этих словах Анфиса отстранилась от Любы, подумала немного, закусив губку, а потом из кармана, спрятанного в складках широкого сарафана, достала связку ключей, отсоединила два из них и протянула гостье.

— Возьмите. Вот это ключ от центральных ворот, а этот от боковой калитки у пруда. А вот этот, — она метнулась к двери и вытащила ключ из замочной скважины, — от вашей комнаты.

— Возьму, — согласилась Люба. – Спасибо. А то я сегодня столько исходила вдоль забора, пока к вам сюда попала, до сих пор ноги гудят.

Она спрятала ключи в сумку и вышла из комнаты. Александр последовал за ней.

Глава 20

На парадном крыльце пансионата Люба помедлила, с интересом наблюдая за царившей на лужайке перед домом суматохой.

Рядом с фонтаном появился огромный бассейн. (И откуда он только взялся за такое короткое время?) Мужчины, кто в рабочих костюмах, кто во фраках, метались с инструментами в руках, сооружая широкий и даже на вид очень прочный мост в виде арки, соединяющий два водоёма.

Помост для оркестра был уже готов. Музыканты спешно раскладывали ноты и тут же начинали разыгрываться. Дирижер, размахивая палочкой, истерично кричал:

— Где солистка?! Солистка где, я вас спрашиваю!

— Здесь я, здесь! – отозвалась дама в роскошном концертном платье, бежавшая босиком по траве, туфли на умопомрачительных шпильках она держала в руках.

Судя по голосу, эта была та самая певица, что пела гаммы на втором этаже особняка, когда Люба и Анфиса шли в кабинет графа. И снова Любе смутно показалось, что где-то она её уже видела и слыша.

Народ на мгновение замер. Все невольно посмотрели в сторону боковой калитки, откуда нёсся по газону, сметая попадавшиеся на пути вазоны с редкими экзотическими цветами, человек во фраке и высоких лаковых сапогах, размахивая сложенным вдвое тонким коротким хлыстом, зажатым в одной руке, и цилиндром в другой.