Ночь гнева

— Ты помешан на том, чтобы остаться инкогнито, поэтому мы шляемся с самого утра и до вечера по полям среди овец, а не сидим в кафе и не посещаем театр.

— Ты видел здесь театр?

— Я говорил образно! Ты прекрасно умеешь общаться с людьми и заводить интересные знакомства, ну давай же!

Ашке ткнул его локтем в бок, потом умоляюще поднял брови, потом добавил в свою просьбу немного магии, и Андраса тут же обволокло приятным умиротворяющим облаком: захотелось согласиться на любое предложение Ашке, лишь бы только он был доволен.

— Прекращай! — Андрас резким щелком пальцев сбросил морок. — Совсем уже?! Тебя могли заметить!

— И что? Мы не в городе! Здесь нет запрета на магию!

— Здесь… — Андрас осекся. — А ты прав. Странно, что я не подумал об этом, когда мы прибыли сюда.

— О чем?

— Обычно я всегда считываю магический фон любого места на предмет опасности — привычка. А тут все так тихо, что мне даже не пришло в голову проверить, не водятся ли в реке голодные духи.

— И как, есть? — заинтересованно поднял брови Ашке.

Андрас на минутку остановился, прикрыл глаза. Все так же одуряюще пахли садовые деревья, а к этому запаху примешивались ароматы свежей выпечки, горного воздуха, теплой земли.

— Ничего, — мотнул он головой. — Фон совершенно ровный. Наверное, это не удивительно, учитывая обстановку вокруг, но вообще-то редкость. Обычно какие-то колебания все равно случаются. От храма идет сила, но это нормально: божественная печать — все как и положено.

— Ты просто не хочешь найти ничего интересного! — обиженно отвернулся Ашке.

Он резко развернулся и с самым независимым видом направился к деревенскому кафе, где за столиками сидело несколько жителей. Андрас только покачал головой и пошел дальше по улице. Он разделял страсть Ашке к новым впечатлениям, но после такой долгой и трудной дороги ему хотелось еще на какое-то время закрыться от внешнего мира и дать событиям, что изгнали его из города, стать часть воспоминаний, а не тревожащей душу реальностью.

Андрас медленно брел в сторону гостиницы, когда заметил на себе взгляд. Он сделал еще пару шагов и только потом остановился, наклонился, чтобы затянуть потуже шнурки и мельком оглядеться.

— Это ты?! — резкий голос заставил его вздрогнуть.