Мой талисман

– С утра наскоро перехватишься в трактире, и на весь день – жить! Разговаривать. Слушать. Сколько вокруг былей, сказаний, слов! Сколько дивных самоцветов!..

Пушкин был в Оренбурге. С кем, чёрт возьми?! Слова. Слова…

– Сколько волшебных находок разведано. Записано. Именно там ведь ты мне впервые и сказал – то, что потом судьбою стало!

Александр слушал, затаив дыхание.

– Мы ещё были на «вы»… Вам можно позавидовать, сказал ты. Ибо ведь у вас есть цель. Не простая это затея, не баловство пустое, это ваше собирание слов.

Собирание слов!!!

Господи, это же Даль! – пронзило Александра внезапное озарение.

– Годами копить по крупицам, приумножать сокровища, – говорил тот вполголоса. – А потом вдруг взять, да и распахнуть все эти сундуки. Перед изумленными современниками, перед потомками!..

Владимир Иванович Даль! Великий ценитель и собиратель слов. Автор «Толкового словаря живого великорусского языка». Бывший чиновник особых поручений при оренбургском военном губернаторе. А впрочем, почему бывший, мысленно поправил себя Александр.

Да-а… Ну и дела.

– Никогда я не забуду, – Даль поднял на него проницательные серые глаза. – Катит кибитка наша меж полями. И мы сидим – вроде и рядом, а вроде и каждый сам, в своей отдельной повести. Я гляжу на тебя, а ты, – Даль складывает руки на груди, хмурит брови, изображая. – Сидишь и смотришь будто в одну точку. Здесь и не здесь. Потом уловил мой взгляд; встряхиваешься так по-птичьи, улыбаешься. И разводишь руками: «Пишу!».

Александр покачал головой.

– Удивительно, Владимир. – Он впервые назвал своего оппонента по имени, и обрадовался, когда тот улыбнулся лучезарней прежнего. – Удивительно, как ты хорошо, ярко всё помнишь. Это значит… – Он вдруг ощутил нежданный прилив вдохновения; он напряг память, залез в самый дальний её уголок, дабы выудить оттуда то, что с реальным основанием можно произнести разве что раз в жизни. – Это значит – non omnis moriar…[*]

– Да, – подтвердил Даль. – Истинно так, друг мой. Истинно так.

Пригубив бордо, Александр увидал, как собеседник привстаёт, выуживая нечто из кармана сюртука.

– Я принёс тебе твой талисман, – сказал Даль.

На ладони его возник миниатюрный ларчик из светлого дерева. Даль нажал крохотную защёлку, откинул крышку и протянул открытую шкатулку Александру.

Внутри, в крохотной бархатной колыбели, дремал массивный перстень с квадратным зелёным камнем.

Изумруд неужто, подумал Александр.

– Видишь, – сказал Даль. – Я сберёг его.