Маледиктум. Кроличья нора

— С Яной и Олей вы с отцом разговариваете так же? Если меня начнут трогать мне промолчать? Если меня изнасилуют прямо на этом столе, мне промолчать? Миллионы лет эволюции прошли не для того, чтобы эти животные нарушали мои границы и вели себя так. Если они не хотят эволюционировать и вливаться в цивилизованное общество, то пусть сдохнут и не портят генофонд. Если ты считаешь иначе, то мне искренне жаль Олю. Ты трус. Я бы не хотела иметь брата, который даже не попытается заступиться за меня, когда толпа пьяни начнёт меня домогаться.

Данил стоял, едва дыша, скованный чужим гневом. Голос и взгляд Александры оставались всё такими же спокойными, без тени эмоции, однако до того тяжёлые, что Данил ощутил будто ему на грудь положили бетонную плиту.

Развернувшись, Александра направилась на выход из бара.

— Слушай, парень, а ведь она в чём-то права, — хмыкнул один из мужчин.

— Данил! — окликнул обеспокоенный Клеман.

Глаза Данила защипало.

Опять он. Во всём виноват он.

Стараясь нацепить самую беззаботную улыбку, оставив бутылку на столе, он обернулся к Клеману, пятясь на выход и крикнул:

— Всё в порядке.

На улице мороз тут же накрыл обжигающей волной. Тонкая фигура Александры удалялась по направлению к храму. Данил сделал шаг, но остановился. Имел ли он право говорить ей хоть что-то сейчас? Она явно не желает его видеть.

Смахнув снег со скамьи, Данил тяжело опустился на неё. Он чувствовал, как что-то пожирало его изнутри, оставляя тлеющие раны. Густой пар вырывался изо рта и носа, он дышал тяжело, разглядывая собственные ноги и цепляясь руками в волосы.

— Эй, парень.

Над Данилом, окружив, выросли фигуры лысеющих пьяных мужчин. Бежать было некуда.

Поднимаясь в гору Александра совсем не чувствовала холод. Она шла быстро, глубоко вдыхая морозный воздух, снег жалобно скрипел под её ногами. Она всеми силами пыталась унять плещущийся гнев. Те уроды, как считала Александра, должны были ответить за свои слов. Раз позволили себе подобное поведение, то должно быть и к последствиям они готовы.

Она остановилась у храма тяжело дыша. Пар крупными клубами вырывался изо рта. Позолоченный купол терялся в кобальтовом небе, только сугробы сверкали под зажжёнными фонарями.

«Зачем только Данил полез,» — думала Александра.

Если бы не он, она бы смогла показать этим людям, что бывает, когда не следишь за языком.

«А может он правильно поступил?» — мелькнула мысль в её голове. — «Всё же это могло действительно стать проблемой для всех.