Маледиктум. Кроличья нора

Первым, что бросилось в глаза мальчику — габариты мужчины. Он был высоким, хоть и чуть ниже Клемана, но крупным, широкоплечим и с властным взглядом глаз цвета жжённого кофе в обрамлении густых ресниц. Он носил дорогую одежду, часы на правой руке, по которой по внешней стороне до локтя тянулся бледный шрам. В правом уголке сухих тонких губ виднелся ещё один шрам, похожий рассекал густую левую бровь, собирал веко в складки и тянулся до скулы. Щёки и квадратный подбородок были усыпаны щетиной, чёрные коротко стриженные волосы казались жёсткими, в мочках ушей блестели золотые гвоздики.

— П—приятно познакомиться, — тихо проговорил Данил, пытаясь избавиться от ассоциаций с отцом. Одним своим существованием Адам заполнял всё пространство вокруг и давил взглядом.

Мужчина протянул руку Александре, но та демонстративно проигнорировала её.

— Саня, — шикнул Данил и многозначительно посмотрел на одноклассницу. — Он же босс!

— Мне в ноги ему кланяться?

Мужчина беззлобно ухмыльнулся.

— На устах ни капли мёда, но нож всегда держишь у груди, — густым, обволакивающим басом сказал он.

Клеман и Даяна шумно засмеялись, раздался смачный шлепок ладони о лицо, кажется то был учитель.

Воспользовавшись моментом, Александра скрылась в коридоре, но через некоторое время вернулась шелестя юбкой по полу. Она буквально впихнула цветастый подарочный пакет в руки Данила, мимолётно шепнув:

— Лист в твоей куртке, — уже громче добавила.

Мальчик растерялся на маги. Прокашлявшись, он подошёл к учителю, вытягивая пакет перед собой.

— Мы тут с ребятами узнали, что у вас сегодня день рождения. Хотели как-то отблагодарить вас, поздравить. В общем, с праздником вас, спасибо, что занимаетесь с нами!

— О—о—о, какие вы прелестные, — с умилением проворковала Даяна.

— Не стоило, — сдавленно и мрачно ответил учитель, принимая подарок.

— Народ, время! — тут же вставил Клеман, помахав телефоном. — Кто куда?

— Я с тобой, детей как пожелаете, — прогремел Адам, вставая с дивана.

— Конечно же стоит занять место с именинником, — промурлыкал Вольфрам. В его голосе слышался лёгкий акцент, который Данил не мог разобрать.

Началась настоящая суматоха.

Все принялись одеваться и обуваться, путая обувь и шапки. Даяна наспех всех вытолкнул в заснеженный вечере.