Маледиктум. Кроличья нора

— Даяна Гедройц! Так рада вас видеть! Скорее—скорее, пойдёмте!

На вид Данил дал бы ей лет до тридцати пяти, а суетливостью и задором она напомнила ему Юлию Александровну.

Даяна втащила их в гостиную, ребята даже не успели захватить подарок. Данил только подметил, что стопки тетрадей по обыкновению высились на тумбе в коридоре.

Учитель Блэкхол весьма растерянно выдал:

— Вы?

— Смотрите кто пришёл, это же ученики Бела! — продолжала восторженно восклицать Даяна, едва не подпрыгивая. Помимо неё и учителя на диване и в креслах расположились ещё двое незнакомых человек и Клеман.

— А где третья?

— Дела какие-то семейные, — выдавил Данил, робея под пристальным вниманием незнакомцев.

— Ладно, тогда представлю вас. Данил и Александра, да? Супер! Так, с Ланевским вы знакомы. Ну, с Клеманом. Это у нас Вольфрам Магнус.

От столь нелепого имени Данил едва не прыснул.

— Просил же не называть меня так, — цокнул парень, на вид до двадцати лет. Его голос тёк и вяз патокой. Он оказался вполне не дурен собой, достаточно высок, чтобы девчонки засматривались на него.

Он напоминал юношу, сошедшего с романтической картины. Нежные черты аккуратного лица, маленький нос и рот, пухлые губы. Он был одет в широкие джинсы, расшитые золотыми солнцами и звёздами, объёмный зелёный свитер с высоким, достающим до подбородка воротом. На плечах парня висели огромные наушники, а алые волосы, подстриженные под маллет, вились, неряшливо падали ему на лоб, крысиными хвостиками уходили под одежду.

— Просто Вольф, — сказал парень, пожимая руку Данилу.

Немного погодя добавил: — Пожалуйста.

Он лишь бегло мазнул по Данилу взглядом, тут же устремив всё своё внимание Александре. Он точно преобразился, зацвёл, так слащаво улыбнувшись, что у Данила аж скулы свело.

— Рад наконец-то возможности познакомиться с учениками Бела, — сказал он, так нежно касаясь пальцев Александры, будто опасался спугнуть бабочку. — Он не говорил, что его ученики обладают такой изумительной мрачной красотой.

Он невесомо коснулся губами бледных костяшек пальцев Александры и она тут же отдёрнула руку, посмотрев исподлобья на Вольфрама ужасно гнетущим, тяжёлым взглядом.

— Во—ольф, не смущай детей! — рявкнул Клеман.

— Я лишь пытаюсь быть вежлив, — лукаво промурлыкал тот.

— Ну всё, теперь, — Даяна развернула ребят к рассевшемуся в кресле мужчине в чёрном дорогом костюме и с благоговением произнесла. — Адам Мара, наш босс.

Данил не смело протянул ему руку. Мужчина звериной хваткой сжал её не вставая.