Чёртово добро

— Предлагаете купить благодать из-под полы? — усмехнулся Ч.

Ангелы засмеялись — оценили шутку. Ну, хоть шутки ему удаются.

— Она не продаётся, — сказал золотистый. — Один такой пытался купить, ага. — Он подмигнул кудрявому. — И что с ним вышло, помнишь?

— Запамятовал, — махнул рукой кудрявый. — Думаю, это надо у Мишеля спрашивать.

— То-очно, — закивал золотистый. — Слушай, может, его к Мишелю направить?

— Эй, — вмешался Ч., — вы ещё долго между собой намерены обсуждать… э-э-э… Бог знает что?

Он чуть было не сказал: «Чёрт знает что», — но ведь он не знал.

Ангелы переглянулись, потёрли руки и насели на него с обеих сторон. Бежать было поздно.

— Хочешь творить добро по-настоящему? — заговорщическим тоном спросил кудрявый. — Ну, чтоб оно удавалось?

— Тогда тебе придётся стать одним из нас, — прошептал в ухо золотистый.

— Вы меня что, — удивился Ч., — завербовать хотите?

Ангелы ответили ему оглушительным пьяным хохотом на весь бар. Благодаря чему сразу стали привлекать ещё меньше внимания, потому что здесь все себя так вели.

— Да кому ты нужен, — смахивая выступившие слёзы, сказал кудрявый.

— Дурак, мы ради тебя стараемся, — снисходительно заявил золотистый.

— А с какой стати? — нахмурился Ч. — Какая вам с этого выгода?

Они покатились от хохота ещё пуще.

Ч. немного опешил, но затем всё-таки вспомнил, что ангелам свойственен так называемый «альтруизм» — склонность к тому, чтоб творить бескорыстное добро. Это, уж конечно, не в школе он проходил, юным чёртикам о таких извращениях знать не полагается.

Только взрослые, серьёзные черти, преимущественно с профессорскими званиями, писали на такие темы диссертации. Где, конечно, пытались исследовать вопрос, в чём же всё-таки заключается скрытая выгода альтруизма. Но ни один даже самый высокоинтеллектуальный чёрт ответа на этот вопрос не нашёл. Потому что какой нормальный чёрт захочет узнать, что у альтруизма есть свои плюсы? Ещё, чего злого, захочет попробовать и пристрастится.

И будет потерян для общества.

Ну вот как Ч., например.

Он ведь и сам не понимал, чего его к этому добру тянуло.

Можно было бы предположить, конечно, что его чёртова бабушка согрешила с ангелом, но, во-первых, грешить — дело взаимное, а ангелы безгрешны; во-вторых, вы так говорите, как будто согрешить — это что-то плохое; а в-третьих, размножались черти всё равно только почкованием.

— Если ты всё-таки решишься, — сказал кудрявый, подмигивая, — приходи по вот этому адресу вот в это время.