Главный везунчик королевства

Он показал мне свои руки тыльной стороной вверх, и я обнаружил, что его костяшки сбиты в кровь. Картина, которую мгновенно нарисовало мое воображение, была ужасающей. По-видимому, мой неудачливый убийца провел в мои апартаменты наемников. Вообще надо что-то делать с тем, что у меня будто проходной двор!

Пока я ужасался тому, что представил, Морис продолжил:

— В твоей квартире распылили зиру.

Я мысленно повторил услышанное, вспомнил про «лошадей» и осторожно уточнил:

— Специю? Для мяса?

Морис скривился.

— Точно, я забываю всё время, что ты не местный.

Я кивнул, принимая комплимент.

Как оказалось, зира попала в кармане одного из тех иномирцев, что прошли в мир целиком. И обнаружилось, что у местных магов на нее странная реакция. От попадания этой специи на слизистые, маг впадал в неистовство, начинал все крушить, в том числе страдал и сам, вплоть до смерти.

— Разумеется, зиру тотчас изъяли и уничтожили, — продолжил Морис весело. — И, разумеется, она оказалась на северных островах, где ее выращивают и продают на вес золота.

По его лицу было понятно, кто занимается перевозкой опасной специи. Что же, это всё упрощало.

— Значит, надо всего лишь посмотреть, кто заказывал зиру последним, — пояснил я. — Это реально?

— Абсолютно, — заверил меня Морис и, раньше, чем я успел обрадоваться, добавил: — Это был ты.

Глава 20

Так мы зашли в тупик. Я не помнил, чтобы заказывал эту страшную для местных дрянь, Морис утверждал, что именно поэтому зашел за мной в бар, потому что ему было интересно, что я предприму.

Сам он спасся благодаря тому, что в своих странствиях повидал и понюхал многого, и запах зиры узнал моментально. Пытаясь не вдыхать порошок, он выскочил за дверь и захлопнул ее. Это подняло взвесь, часть которой осела на его коже и, раньше, чем он добрался до воды, он неплохо так побил кулаками стены и ступени коридора моего дома. А потом, избавившись от следов опасной заразы, бросился ко мне, надеясь только, что я не пойду порталом как в прошлый раз.

Наверное, не поджидай он меня у сада, я бы запросто решил не ходить пешком по опасным улицам, где носятся куролиски, и открыл бы дверь. И погиб бы в своем собственном доме.

Меня начал бить озноб, кожа покрылась липким потом — дошло наконец, как близко я был к самой настоящей и притом довольно медленной и болезненной смерти.

Понимающе хмыкнув, Морис налил мне выпить. И себе налил тоже.