Антимаг. Ночное дежурство. Приключения Вяземского.

— Это чего с ним? — удивился Друид, глядя на тело заклятого врага.

— Паутинка его того. — содержательно объяснил Дылда.

— Ага. Пересек черту. — подтвердил Фикса.

— Кладите сюда, — Друид жестом указал на свободную кровать.

В воздухе запахло колдовством.

— Владыка Род, дай мне сил спасти невинную душу! — зычным голосом нараспев произнес Друид и провел рукой над телом врача. На глазах изумленной публики из рукава друида выполз гибкий корешок вьюна и нырнул под воротник халата прямо к сердцу Вяземского.

— Ну что там? — заволновалась общественность.

— Очень странно, — сказал друид и закатил глаза так, что стало видно одни белки.

— Ворожит, — пронесся благоговейный шепот в толпе.

— Да как так? — удивился друид и задумчиво уставился на тело врача.

— Давай не томи, Друид. Что там с доктором? — озвучил общие мысли Дылда.

— В том-то и дело, что ничего. — ответил Друид. — Такое ощущение, что просто с закрытыми глазами лежит.

— Ага! — Вяземский одним движением вскочил в кровати, отчего скопившийся у входа к Друиду народ с криками рванул наружу.

— Как самочувствие доктор, — пряча за спиной обуглившийся отросток вьюна поинтересовался друид.

Ему пришлось пожертвовать малым, чтобы спасти большее. Аристарх Тихонович, так звали Друида, был исследователем по натуре и терять объект изучения в лице Вяземского не хотел.

— Спасибо большое, что подыграли Аристарх Тихонович, — пожал ему руку Вяземский и довольный собой пошел наводить порядок на подконтрольной ему территории.

— Не за что, — задумчиво произнес Друид. Он впервые видел, что вера в материальность мира дает человеку настолько мощную силу, и еще был удивлен структурой проклятья, которое эту силу пробило. Было это проклятье на ощупь каким-то инородным.

Все еще стоящий у входа в палату Фикса, всем нутром почувствовал, как где-то далеко «Исполнитель желаний» закрыл портал на изнанку мира.

Часть I. История третья. «Не тот день» и энергия Ци.

Этим утром у Вяземского случился «тот день». Знаете, бывают такие дни, когда ты идешь себе по улице и случайно встречаешь подряд нескольких знакомых, которых сто лет не видел. Исходя из личных наблюдений Вяземского, после такого «везения» обычно следовала череда мелких неприятностей.