Артефактор. Книга 1. Оживший камень

И смотрел на упавшее оружие так, словно оно его предало.

Хороший клинок, между прочим.

Я поднял его шпагу и почувствовал, что она усилена артефактом. Возможно, даже не одним. К тому же накачена огненной стихией Оболенских. На навершии красовался герб, который и был стихийным накопителем.

— Пожалуй, хватит? — негромко спросил я у Константина, крутя в руках его оружие.

Княжич сжал губы и кивнул. Я улыбнулся, исполнил легкий поклон и отошел, забрав с собой фамильное оружие, как трофей. Имел на это право.

Зрители негодующе зашумели. Рассчитывали на иной исход и более долгое шоу? Уж извините, у меня много дел. Я шутливо отсалютовал той стороне оружием.

— Как? — только и смог выдохнуть капитан, когда я подошел к нему. — Как?

— Повезло, — пожал я плечами.

— Ты одержимый, что ли? — Головин часто моргал и смотрел на меня, как на незнакомца.

Я рассмеялся. Ходила дикая байка о том, что Видящие могут договориться с сильным призраком и вселить его в себя на время, получив его боевые навыки.

Около княжича порхал целитель, а с проспекта послышался сигнал машины жандармерии. Они должны были прибыть по окончании дуэли и зафиксировать увечья или смерть.

Сквозь парк они ломились, как лоси на водопой, хруст веток и ругань были слышны издалека.

Первый выскочил прямо на меня из кустов. Надо же, старый знакомый, пристав Заужский. Жандарм тяжело дышал и весь взмок — снова страдал похмельем. Похоже, это было его естественным рабочим состоянием.

— Лаврентий Павлович, какая встреча, — улыбнулся я ему.

— Г-г-г-господин граф, опять вы? Рад, рад... — растерянно пробормотал он, заметил Головина и вытянулся: — Ваше высокоблагородие!

Жандарм оглянулся на кусты, понял что бегство в данный момент будет слишком вызывающим, и изобразил деловой тон:

— Кого убили, господа?

— Ну право, пристав, зачем кого-то убивать в такое чудесное утро? Его светлость жив и скоро будет в полном порядке, — я махнул в сторону бывшего противника. — Даже простыть не успел.

На княжича накинули плащ, чтобы скрыть прореху на штанах. Оболенский наградил меня возмущенным взглядом, но быстро отвел глаза.

Николай ускорил оформление протокола, подписал все бумаги и поспешил увести меня подальше. Разочарованные зрители уже окружали поляну, желая поближе пообщаться с участниками дуэли.

Мы улизнули незаметно, затерявшись среди деревьев. Головин был сильно озадачен и долго подбирал слова, прежде чем заговорить.