Щит и Зеркало

Вскоре пришла стюардесса и сказала, что можно отстегнуться, и она принесет обед. На этот раз я справилась сама, не дав Старику меня пощупать. Судя по выражению лица, он был этим недоволен.

Обед оказался на высоте. Бульон был подан в тарелках непроливайках, из которых торчала толстая трубочка. Через неё с легкостью проскочили мелкие кусочки овощей, мяса и вермишель. Второе было подано в специальных контейнерах. Но съесть его вилкой не составило труда. Потом нам предложили напитки: соки, чай, кофе, шампанское, виски.

— Моей спутнице не исполнилось ещё шестнадцати, поэтому только безалкогольные напитки. И я хотел поинтересоваться про десерт, — на этих словах Старик положил руку себе на ширинку.

— Для девушки я могу предложить безе, тирамису, эстерхази…- я совсем потерялась в этих названиях.

— А можно просто сок томатный.

— Да, конечно. А ваш десерт, Михаил Сергеевич, мы можем распаковать в комнате стюардов вместе.

Старик кивнул, встал и пошёл за стюардессой. Через минуту она вернулась, чтобы принести мне сок.

И снова ушла, задернув за собой шторку. Старика не было довольно долго. Я уже задремала, когда он разбудил меня, рухнув в кресло. Его лицо напоминало морду толстого кота, объевшегося сметаны. Неужели он думает, что я не знаю, распаковкой чего они там занимались? Или он это специально демонстрирует?

Вскоре снова загорелось табло «пристегните ремни». Мы что, уже прилетели?

Потом самолёт садился, потом ехал по полю. Вышли мы в точно такую же кишку, как та, по которой заходили.

Зал аэропорта был настолько огромен, что о конструкциях, поддерживающих потолок я догадалась только по подвешенным к ним прожекторам.

У выхода нас уже ждало такси представительского класса, которое домчало за каких-то полчаса до шикарной гостиницы. Номера наши были готовы, вещи в них уже отнесли. Мы пошли к лифту, так как номера располагались на тридцатом этаже. Вместе с нами в лифт вошли ещё несколько человек. Старик приобнял меня за талию и крепко прижал к себе, якобы, чтобы освободить место другим пассажирам.

И тут я почувствовала, что прижимает он меня не столько к себе, сколько к своему. Я сделала попытку отстраниться, но не преуспела в этом.

На этаже Старик проводил меня до номера, открыл дверь, прижав к ней какой-то маленький пластиковый прямоугольник и пропустил вперёд. Он подал мне этот прямоугольник:

— Это ключ от твоего номера. С обратной стороны он написан, чтобы ты не забыла. Первые две цифры означают этаж, вторые две цифры — сам номер.