Когда-нибудь никогда

— А теперь — ты видишь раскаяние в ее глазах? Видишь? И когда у нее был ты, да вообще все вы, белые, — я была одна. Я всегда одна, — и я замолчала.

Яр тоже не спешил говорить.

Стянул перчатку и коснулся моей щеки также, как я совсем недавно. Только тогда я поняла, что слезы катятся из глаз беспрестанно, даже смогли намочить куртку, и глаза начинает жечь от холода.

Яр стянул с шеи шарф и, ничего не спрашивая, обмотал вокруг моего лица, закрывая щеки. Взял мою руку, спрятанную в варежке, в свою, абсолютно открытую, и произнес:

— Она всегда говорила мне, что, оставив самого дорогого ей человека, она совершила главную ошибку в своей жизни.

В глазах его читалось: «Но я даже предположить не мог, что это ты».

— Но ведь это была исправимая ошибка, — я рассмеялась. Эмоции переполняли меня. — Ей ведь нужно было просто позвонить!..

Яр сжал меня в своих объятиях, и я прижалась к нему в ответ, ища хотя бы немного тепла — как будто из осколков все же можно что-то построить.

Матушка могла попросту позвонить.

Но она этого не сделала.

***

Ярослав снова повел меня куда-то.

Мне чрезвычайно не нравилась роль безвольной куклы, которую куда-то кто-то (а тем более Яр) ведет. Но встреча с матушкой освободила меня от последних крупиц разума. Стало так легко и свободно, что захотелось утопиться — все равно ведь знаешь, что всплывешь.

А погода тем временем портилась.

И нет — я люблю какие бы то ни было атмосферные осадки, но погода переставала нравиться даже мне. Приятный мелкий снежок, что до этого сыпал с неба, с удивительной скоростью становился крупнее и интенсивнее. Появился холодный северный ветер, и даже Яриков шарф от него не спасал, не в упрек к Яру. Время тоже не стояло на месте — минуты мчались, как резвые кони, я не успевала следить. А на пути — ни одной нужной автобусной остановки, чтобы убраться отсюда наконец.

Все равно ничего не вышло.

Суровая реальность с ее приветами из прошлого победила радужные мечты Яны, которая хотела взять — р-р-раз! — и разобраться с тем, над чем бьются величайшие маги двух городов. Скромная, скромная ведьма.

Интересно, а матушка тоже участвует в исследовании? И ходит ли она на беломагические шабаши? Или как там называются вечеринки белых?..