Седьмая доля

По едва приметной тропе проводник зашагал в самую гущу молодого подлеска и пятеро его спутников поспешили за ним.

— Идите за мной след в след, — напутствовал пасечник. — Того, кто собьётся с тропки, кромешники заведут в чащу и бурелом.

После долгого блуждания по густому, едва проходимому подлеску, лес просветлел и вывел пришельцев на поляну, сплошь заросшую диким чесноком и иван-чаем. Посреди поляны возвышался столб, врытый в землю и окружённый берёзовым частоколом.

«Вот оно, капище Макоши»! — прошептал Захар, вглядываясь в искусно вырезанные на деревянном столбе черты молодой женщины.

Взгляд богини был строг, но приветлив. Перед идолом располагался плоский, истёртый временем камень с остатками былых подношений.

Пасечник приблизился к капищу, извлёк из заплечного мешка завёрнутые в чистую тряпицу яйцо, пирожок и баклажку с мёдом. Своё подношение он с почтением возложил на камень и только потом достал из-за пазухи оберег, собранный Марфой. Развязав тесёмки на мешочке, пасечник запустил в него пятерню и вынул пригоршню сахарного песка.

— Макошь-богиня — славься! — истово произнёс он и тонкой струйкой принялся сыпать сахар из пригоршни обратно в мешочек, приговаривая:

— Жива память о тебе. Почтение моё прими. Помоги избавить судьбу мою от Недоли. Чтобы с Долею в дружбе жить, удачливым быть. Что желанно получать, о худом не вспоминать. Оберег на долю мне, не быть обездоленным.

С последними словами в мешочек упали и последние сахарные крупинки. Пасечник завязал тесёмки на обереге и с поклоном отошёл от идола.

Захар наблюдал за этим действом с таким интересом, что не заметил, как из-за куста шиповника выскочило серое лохматое существо и с рычанием бросилось на пришельцев.

— Берегись! — успел крикнуть Иона, но зверь стремительным броском уже повалил Захара на траву и утвердил на его груди свои могучие лапы.

— Отставить, Баюн! — произнёс чей-то строгий спокойный голос и зверь немедленно выпустил свою добычу. Он прыгнул в сторону и завилял большим пушистым хвостом.

Захар вскочил на ноги и только теперь как следует рассмотрел своего обидчика.

Им был огромный серой масти кавказец с чёрными подпалинами на боках и морде. Хозяин кавказца был под стать своему питомцу: высок, плечист, ладен. Одет был незнакомец в камуфляжную куртку и штаны, заправленные в армейские берцы.

— Здрав будь Ефим, — поздоровался богатырь с пасечником. — Кого это ты привёл к капищу?

— Светлого дня и тебе, Кондрат, — приветливо отозвался пасечник. — Люди то добрые.