Седьмая доля

— Во-первых, мы — не колдуны, а сотрудники магбезопасности, — холодно поправил его Захар. — Во-вторых, науз Чернобога теперь уж точно не достанется Люту и его челяди. И, наконец, в-третьих, — голос Захара дрогнул. — Спасая артефакт, погиб человек. Хороший светлый человек.

Вилкас выслушал эту тираду, устало махнул рукой и побрёл к выходу из опустевшего зала. На полпути его нагнал Даниил и протянул копию науза.

— Держите, господин Вилкас, — сказал он. — Я его в карман сунул, когда пожар начался.

Вилкас принял совершенно не пострадавшую копию и только покачал головой.

После поминальных слов и минуты молчания, командор устало опустился в своё кресло и все остальные, присутствующие на совещании, последовали его примеру и расселись на стулья и табуреты.

— Что известно о личности, уничтожившей артефакт? — спросил командор, когда в чертоге наступила рабочая тишина.

— По анализу ДНК удалось установить имя покойника, — шамкая губами, сказал Гаврила. — Некто Сафонов Игорь Евгеньевич по кличке Бобёр. Умер, предположительно, в середине марта этого года от огнестрельных ран в грудной полости.

— В середине марта? — переспросил командор. — Эту дату тоже дали анализы ДНК?

— Да что там анализы, — нехорошо усмехнулся Гаврила. — Его кровь во внутренних органах уже кристаллизоваться стала. Я эту стадию на ощупь и на запах определяю.

— Постойте-ка, — вмешался в доклад следопыта Захар. — Не тот ли это Бобёр из Чертановской ОПГ? Они, помнится, с Лютом и его челядью на ножах были.

— Верно, — подтвердил Иона, занявший после гибели Фомы должность старшего витязя. — В прошлом году у чертановских с людьми Люта резня получилась. По всей Москве находили трупы. Думаю, и сейчас нет между ними мира.

— Тогда понятно, кто направил в музей покойника, — задумчиво произнёс командор. — Чертановские. Узнав, что науз может достаться Люту, они решили сжечь артефакт.

— Заложный покойник — это не солдат, — не удержался от возгласа Даниил.

— Или ведьма, — поддержал Захар своего юного напарника. — Помнится в колоде у чертановских была ведьма. Кажется, Алиса. Нет, нет, Анфиса, — поправил он сам себя.

— Анфиса?! — встрепенулся вдруг маг Велисарий, дремавший во время разговора о заложном покойнике. — Уж не та ли это ведьма, что погубила цесаревича Николая?

Громкое, знаете ли было дело. Как-никак, наследник престола.