Стальная Хризантема 1. Вредители

После потери блокнота и тетради он вдруг ощутил себя словно освободившимся. Словно он очутился перед чистым листом превосходной бумаги.

В библиотеке ― всё те же лакированные полки из старого дерева, заполненные превосходными многотомными изданиями каких-то энциклопедий и юридических сборников. Что-то подсказывало, что к ним не притрагивались ни разу. Да и стояли они не для чтения, а чтобы внушить уважение к школе. Ведь её ученики ― князья, бароны, будущие министры… Им это читать не обязательно, но когда-нибудь в этих книгах напишут и про них.

Кимитакэ всегда старался сесть в самом дальнем углу, под книгами по истории. Во-первых, какими-нибудь “Материалами по истории русско-японской войны” очень удобно обкладываться, сооружая целую крепость. Он не любил самой идеи, что кто-то может заглянуть на лист, когда он работает.

Во-вторых, была одна тема, которая его интересовала. И всё чаще в последние недели бумага перед ним оставалась почти нетронутой ― настолько он погружался в путешествия по энциклопедиям, от одной статьи до другой.

Конечно, там можно было отыскать статьи про знаменитых каллиграфов прошлого и забытых стилях каллиграфии. И чем старше была энциклопедия, тем свободнее чувствовали себя её составители и тем больше безумных слухов включала соответствующая статья. Кимитакэ до сих пор не отделался от восхищения давней статьёй про Мацуо Басё. Неизвестный автор объединил общедоступные факты про великого поэта: его рождение в провинции Ига, великое мастерство в поэзии, каллиграфии и тайнописи, скрытную жизнь в столице на средства неизвестных поклонников, его путешествия по стране, от которых остались так до конца и не расшифрованные дневники, завидную для человека с настолько слабым здоровьем ловкость, с которой он ускользал от пожаров и природных катастроф ― и пришёл к выводу, что Мацуо Басё был на самом деле великий ниндзя, хранитель тайных практик Синоби, а его школа поэзии была школой секретных боевых искусств.

Ведь не просто так его влияние на поэзию огромно, а между тем имена учеников его школы так и не установлены…

Всё это было написано настолько серьёзно и обстоятельно, что, когда прочитаешь, невольно заглянешь под стол ― не притаился ли там ниндзя из числа учеников великого поэта?

Поразмыслив получше, Кимитакэ решил, что, как ни странно, автор статьи может быть прав.