Стальная Хризантема 1. Вредители

Допустим, он попытается написать иероглифы ― но какие? Или он может даже изобразить одну из Великих Печатей, которые он успел выучить. Но опять же ― какую? Никакой подсказки.

Нет, это не могло помочь. Дом выглядел законченным и неприступным.

Скорее по наитию, он закрыл пенал и спрятал его в портфель. А потом достал нож для разрезания бумаги.

Нож достался от дедушки Садатаро. А дедушке его подарили соратники по партии, когда провожали в губернаторы далёкого острова… Красивый, блестящий и довоенный, он годился для всего, им можно было даже карандаши точить.

Кимитакэ сжал рукоятку, замахнулся ножом ― и вогнал его прямо в дверную створку.

Сперва нож шёл тяжело ― сквозь дверь прямиком в деревянные брусья. Но потом послышался знакомый звук и рука сама поползла вверх, оставляя за собой узкую щель.

Теперь нож резал бумагу. Дорогую, очень плотную бумагу, на какой можно писать хоть новогоднее поздравление от самого императора.

И вместе с бумагой резал дом, на этой бумаге нарисованный.

Вот уже закончен первый разрез в полтора человеческих роста. Кимитакэ отступил ещё на полшага, внимательно разглядывая свою работу ― а потом опять принялся резать, на этот раз горизонтально.

Словно самурай, которому порекомендовали совершить сэпукку, он хотел делать как можно меньше разрезов ― и в то же время каждый из этих разрезов должен быть стать как можно более точным.

Горизонтальных разрезов потребовалось два, оба короткие. А потом он просто схватился за колючие края, рванул хорошенько ― и оказался перед огромной дырой, за которой открывался всё тот же Токио, к которому он привык.

Разрезанная бумага с остатками теперь уже бесформенного рисунка, таяла в воздухе. Он не успел даже разглядеть, на чём держалась эта бумага, ― загадочный дом рассеялся, словно морок. Рельсы снова бежали вдаль по знакомой улице. Путь был свободен.

Кимитакэ выдохнул, замотал головой, почти засмеялся. Потом спохватился, спрятал нож и только потом зашагал обратно.

Предосторожность была не лишней. Не хватало, чтобы кто-то ещё испугался и начал всерьёз звать полицию. А так, если всё пройдёт гладко, они даже на занятия не опоздают.

Трамвай стоял на том же месте и ничуть не изменился. Двери открыты, но рядом ни души. Те, кто спешил, уже его покинули и рассосались по обходным переулкам.