Врачеватель. Другой мир

Если сразу драка не случилась, то вряд ли дойдет до такого выяснения отношений.

— Андрей, Михайло, на выход, обождите меня, — кивнула своим людям домовладелица.

— Хозяйка… — начал было один из них, но Марфа его осекла:

— Выполнять!

Мужики синхронно вздохнули и с сожалением покинули комнату, кидая взгляды на стоящую в углу Марию. Девушка заметно расслабилась, руку с пистолетом опустила, но готова к любому развитию событий.

— Пойдем на кухню, поговорим, — предложила Марфа.

— А есть о чем? — хмыкнул я.

— Да, — коротко ответила та, а потом посмотрела на мою гостью: — Милочка, не взыщи, ты не с того начала знакомство.

— Это вы вломились и сходу угрожать стали, — ответила та.

— Так ты своим пистолетиком зачем-то тыкать стала, — хмыкнула домовладелица. — Ладно, против ваших отношений с господином Вороновым, если он пожелает и примет мое предложение, ничего против иметь не стану. Разумеется, при условии его состоятельности делить постель с нами двумя.

Мария не сразу поняла, про что ей владелица дома толкует.

— Да я..! — задохнулась от гнева девушка. — Никогда на такое не соглашусь!

— Ой, а что такого? — пожала плечиками Марфа. — Будешь здесь жить, Александр Иванович пару дней в неделю тебя станет навещать, но не оставаясь на ночь. Ты вольна делать все что угодно, даже сюда мужиков водить. Только не забывай артефакт заряжать, ограждающий от срамных болезней. Ты же ведь у нас из гулящих девок, я права?

— Нет, — коротко ответил я вместо задыхающейся от гнева Марии, — она не из легкодоступных дам.

— А мне все равно, — отмахнулась Марфа Игоревна и направилась на кухню.

Марии указал на коробку и шепнул, чтобы переоделась и не вздумала из квартиры убегать. Ей в любом случае подручные владелицы дома не дадут сбежать.

— Итак, господин Воронов, у меня для вас деловое предложение, — сказала хозяйка доходного дома и вытащила из сумочки какие-то бумаги.

— Весь внимания, — настороженно глядя на женщину, ответил я.

Аура Марфы ликует каким-то предвкушением, решительностью и надеждой, но и несвойственная робость проскакивает.

— Женитесь на мне Александр Иванович! Обеспечу вам достойную жизнь и выделю месячный доход в размере ста золотых, а когда ребеночек родится, то увеличу на пятьдесят рублей. На ваши шашни готова глаза закрывать, если они окажутся в рамках приличий, — огорошила меня женщина.

— Зачем вам это надо? — не удержался я от вопроса.