Прирожденная ведьма Мария VI. Ведьма в декрете

Помню только его взгляд, глаза, от которых в жилах застыла бы кровь, будь у меня жилы. Но я всего лишь книга, и единственное, чего я боялся, так это того, что меня сожгут. Тогда я еще хорошо горел, но следующая ведьма позаботилась об этом упущении.

Он смотрел на меня, потом смерил взглядом ведьму, что была тогда моей хозяйкой. Она была слишком доброй для того мира, и наверно, одной из первых, кто начал записывать свои знания на мои страницы.

– Погоди, но на страницах же обычные русские буквы, как сейчас используют?

– И что? Я что, по-твоему, не могу под современный мир подстроиться? Что я, по-твоему, совсем того? - нависнув над Марией, неприятно начал верещать фолиант, – И вообще, не интересно - не слушай, могу не рассказывать!

– Очень интересно, просто хотелось этот вопрос уточнить.

Ну, чтоб быть в курсе, а то вдруг я чего не знаю…

– Не важно. Важно то, что через пять минут моя хозяйка забыла о том госте, а еще через день, пришел новый хозяин книги.

– Ты мне другую историю показывал! - начала снова злиться Мария.

– Ну приукрасил для красивого словца, что не так-то? Ты слушай лучше сейчас, когда я тебе как хозяйке все рассказываю, а не как незнакомой девице! Так вот, пришел новый хозяин и на несколько десятилетий, а может и столетий я забыл о том странном человеке, назвавшимся Каином. Но потом он вернулся. Кто-то снова нарушил равновесие, правда, в темную сторону. Но его все равно забрали, не так, как мою первую хозяйку, тот мучился долго, кpoвь его пропитала много моих страниц.

А Каин, устроившись у стола, взял бутыль, которую как раз откупорил мой прошлый владелец, и глотнув из горла, спросил.

“Ты ведь меня слышишь и понимаешь?” - мне пришлось по мере моих возможностей ответить согласием.

“Тогда я хочу поделиться с тобой своей историей”.

Он рассказал, как переходил от одного грешника к другому, забирая его тело и его непрожитые годы. Он скитался веками и даже тысячелетиями. Он не знал покоя, не знал, зачем здесь, и по началу просто мстил тем, кого считал виновным в своем проклятье.

Да, он считает своим проклятьем бессмертие, но оно не такое, как вы себе представляете, он просто в каждом своем новом воплощении помнит прошлую жизнь, помнит муки смерти, помнит последние мгновения затухающего сознания…

Но годы шли, застарелая обида ушла на дальний план, и он просто изучал этот мир таким, какой он есть. Но он нес смерть, мор, и поветрия, кажется, шли за ним по пятам.