Партия. Брошенная ставка. Том II

Бойцы на усиление готовы, – протараторил парень, неуклюже скрывая подступающие чувства, да только зубы его от страха чечётку отбивали. – Там, за воротами, разумные.

– Они и должны быть там. Горцы – такие же разумные, как и мы.

– Нет, господин. Горцы привели других разумных. Разгар сказал, что это могут быть холопы барона Заярногского.

Я строго посмотрел на пацана. Тот икнул от страха, но вида не подал. Лишь повторил, что так просил передать Разгар, и что передано его послание слово в слово. Я и приказал Эязу бежать к воротам, готовить оружие для себя и Луврата.

И мой щит с копьём проверить, на всякий случай. Хотя их и так, скорее всего, проверил сначала Танил, потом Алакс, а потом и Разгар.

У ворот меня ждали. В башне стоял парень с косичкой русых волос на левом виске, вместе с солдатом, а Разгар встречал меня на земле вместе с бойцами усиления.

– Все на местах, господин, – Разгар приложил ладонь к груди и поклонился. Так сделали и все остальные. – Танил отправил донесение. В лесу у склона Шоски замечены четыре тени.

К поселению не приближаются. Рал сообщил, что к Теельке силуэтов шесть, стоят так же далеко. Перед воротами двадцать пять разумных.

– С каждой стороны по десять тел. Но, возможно, ещё десять в засаде. А перед воротами ещё столько же в засаде, но и их может не быть.

– Из двадцати пяти перед воротами десять – не кочевники. Четыре рисара, семья со стариком и дитём малым. Остальные – наалы. Три девки, и семья с девочкой лет десяти. Кочевники хотят говорить с главным.

Простите, господин, я их языку не обучен. Не понял, как он представился.

– А их главный, скорее всего, и не представлялся. Слишком много гонора в них, этих горных племенах. Гонора много, а чести нет. Где голова и причиндалы?

– На входных башнях, у Язака.

– Передай ему, что первой только голова, – я перевёл взгляд на Эяза и Луврата. Пацаны стояли рядом и с широко раскрытыми глазами внимали каждому моему слову. – Бегите в детинец, принесите Муне воды и овса. Бедняжка со вчерашнего вечера только сено жевала.

Пацаны переглянулись, не понимая, чего и зачем – но спросить не решились и умчались. Разгар же не понимал происходящее категорично. Сержант взглядом зелёных глаз показал в сторону ворот. Меня не могли видеть, моё появление осталось незамеченным для наших гостей.

– Господин, простите, но кочевники ждут.

– И пусть ждут. Я, что, шлюха, по первому зову являться? Этим псам безродным надо говорить со мной, вот пусть и ждут столько, сколько я решу.