Партия. Брошенная ставка. Том II

Мы должны сдюжить горцев, и они, уходя, не должны догадываться о сети землянок на правом берегу Шоски. Да, из-за угрозы каганата они несколько бессмысленны, но не бесполезны. По советам Алакса их не найти, и медведю крышу не прогнуть – да и строить их всё равно надо. О подходе тофов знаю только я.

***

– Сколько успеют двенадцать мужиков? – спросил я у Неяла наутро тридцатого августа, когда мы проводили Микло, а плотник поднялся ко мне в детинец.

– А сколько времени есть? – протараторил эмлик немного тише обычного, будто что-то поняв.

– Сегодня и завтра, и ещё четыре дня. Нам ведь ещё собранную гречку забирать. Сушить потом будем, овинов ещё нет.

– На три группы разобьём. Одна пусть руками ставит до второго метра высоты. Это просто, если на чурки встать. А две пускай козлы возьмут с подарками императора, и остальное ставят. Токмо рва не будет.

– Плевать на ров, стены будут – уже хорошо.

– Господин, простите меня. Случилось чегось?

– Барон хлеборобов не защищал. Горцев будет много.

– От напасть на наши головы, – Неял тяжко вздохнул и потупил взор.

– Неужто Великие Семнадцать испытывают нас?

– Не знаю. Нам только и остаётся, что с честью принять уготованное – но своё будущее мы защитим, как и завещал Шур. Мы будем защищаться столько, сколько вообще найдём в себе сил, – я говорил грубо, мощно, вселяя надежду в плотника. Это сработало, Неял размашисто, согласно закивал. – Начинайте строить от будущих ворот, брешь в стене около склона Шоски заделаем под самый конец. За эти шесть дней нужно успеть хотя бы половину стены на все три метра сделать, а остаток на два.

И пусть прочие стройки продолжаются, как и договаривались. Закончим дома в поселении, потом скотник и сенник, затем птичник и остальное.

Неял поклонился и пошёл собирать народ на стройку. Пятого числа лодки поплывут к озеру, приказывая Гангису разрушать путевые землянки. И, какая подлость, ведь половина из них восстановится уже через месяц. При условии, если нас в осаду не возьмут.

Вместе с Неялом я послал Гарла за Танилом и служками.

Оказалось, что солдат ещё с самого утра пришёл к Угличу в постоялый двор, и вместе с пацанами ожидал вызова. Все трое поклонились мне, зайдя во входную клеть дома. В ней же, чуть поодаль от стола – стояла Зирана. Девушка смотрела на пацанов чуть томным прищуром, накручивая на палец прядь практически медных волос.

– Ваше поручение исполнено, господин, – Танил приложил ладонь. – Вешки сделали крестами, из толстых палок. Их даже по снегу найдут.