Партия. Брошенная ставка. Том II

Пацан кто?

– В детстве угнали фарсерейцы. Оскопили, полностью. Его держал у себя шах-законник, по всем трём судам. Использовал как паса-атар. И в постели тоже.

– Фарсерейцы, в детстве? Война девятнадцатилетней давности? – на мои вопросы женщина сказала, что угнали парня годовалым ребёнком. – Незавидная судьба. Насколько хорошо знает фарсерейские законы?

– Наизусть, все. Высшие для знати, простые для черни. Торговые. Даже Хуша-ат Бара-зарик.

– Кто был тем законником, что вёл дела королевских кровей? Стой, не отвечай.

Это не та информация, что нужна мне. Я приму его. Попробую ему жизнь чуток скрасить. И остальным тоже. За доставку товара и прочего серебром возьмёшь, или перьями ямары?

– Лучше перьев. Мне у музуров в гости ходить.

Мы в Лурой Зитой отсутствовали в главном зале не больше десяти минут, рабы не успели вернуться со своими пожиткам, так что подготовили купчие без спешки. В магическую печать с гербом Луры Зиты, тускло светящуюся синим цветом, укололо шило с каплей магических чернил и толикой моей магии.

Прислонённая ладонь, циркуляция магии. Небольшой дискомфорт у раба – и под левым ухом уже тускло светится мой герб.

– Я благодарен за отличную сделку, ваше высочество, – я передал женщине кошель с монетами.

– Я благодарна за покупку и гостеприимство, ваше высочество.

– Тогда вы тем более не откажете испробовать комнаты, в гостевой части моего дома. Тальмина и Шураса помогут вам разместиться, – к женщине тут же подскочили рабыни, и они немедля пошли к шатрам. – Зирана – помоги новеньким обжиться в девичьей части.

Гарл – поможешь парням. Зик, – обратился я к бывшему капитану императорской армии.

Мужик, до этого стоявший по стойке смирно и смотрящий куда-то в никуда, резко повернул голову в мою сторону. И не забыл поклониться.

– Хочу знать твои навыки. Как расположишься – сходи с Гарлом до княжеской казармы. Путь познакомит тебя с Ралом и Танилом. Возьми деревянных мечей.

– Да, господин.

– Харо-ат-Нарам, – позвал я затюканного парня. Тот аж вздрогнул. Он быстро оторвал взгляд от половиц, на мгновение посмотрел мне в глаза, поклонился и вновь опустил голову, исполнив все формальности общения раба с господином.

– Имя фарсерейское тяжело произносить. В ближайшие дни думай, как к тебе обращаться. Как бы ты сам хотел, чтобы к тебе обращались.

– Сменить, имя?

– Если даже захочешь, сделать не получится.

– Можно… Простите, господин.

– Мысль продолжай.

– Я… Через магистрат… или палату учёта. Через них рабу можно имя сменить.