Ведьмин внук

— По-моему ты ещё бледнее, чем бы...

На этот раз в словах и выражении лица друга лишь искренность и ни единого намёка на веселье. Он серьёзен как не был ещё сегодня ни разу. Да и за последние дни, кажется, тоже.

— Голова трещит, — отмахивается Артём. В этот раз лишь прикрываясь болью. Та начала отступать, стоило им только выйти из холодного, ярко освещённого спортзала к раздевалкам, и почти совсем сошла на нет, когда они выбрались в школьный холл.

Зато поселившийся внутри холодок будто бы усилился.

«Просто так совпало? — в который раз спрашивает себя Артём, делая вид, что увлечён гречкой на тарелке. — Это ведь не могло произойти просто потому, что я пожелал...»

Фэнтези Артём порой почитывал, когда было время, однако всегда понимал, где реальность, а где вымысел. Всегда разделял эти два понятия. Совы с письмами, зеркала вместо дверей, шкафы в другие миры и подобные штуки — это сказки, а вот учёба, друзья, выпускные экзамены весной — это реальность. Как и смерть.

«Смерть...» — Артём катает это слово на языке, вспоминая застывший бабкин взгляд и отсутствие пульса под пальцами, ряды надгробий с женскими лицами на фотографиях из недавнего сна, разрытая могила и зловещий шёпот: «Его больше нет». Обед встаёт комом в горле.

Артём давится, принимаясь кашлять, когда кто-то касается плеча. Слёзы брызжут из глаз, а нормально вдохнуть так и не получается. Попавшая не в то горло гречка душит, не давая дышать.

Кто-то, кто внезапно коснулся плеча, теперь стучит ладонью по спине, будто выбивает коврик, и это внезапно помогает.

— Ну, ты меня и напугал... — бормочет Лёня, плюхаясь на соседний стул. — Думал, ласты склеишь.

— Не дождёшься, — хрипит Артём и, ещё раз глубоко вдохнув, благодарит коротким, но искренним: «Спасибо».

— Ты о чём таком задумался, что умудрился меня испугаться?

— Да не пугался я тебя, — Артём резко поднимается из-за стола, чтобы отнести тарелку с остатками обеда.

— А подавился и устроил представление ты просто так тут, да? — ехидничает Лёня и Артём только сейчас замечает, что на них поглядывают все, мимо кого они проходят. Кто-то перешёптывается, кто-то просто провожает взглядом.

— Да иди ты.

— Не увиливай.