Ведьмин внук

Здесь пахнет домашним теплом и внезапно летним лугом.

«Интересно, а курьи ножки у этой избушки есть?» — активизируется Гордей, но как-то вяло, будто в полусне, а потом и вовсе замолкает, даже не дожидаясь привычного требования замолчать.

— Так вы... — снова начинает Артём, уверенный, что уже шагнувшая на кухню хозяйка дома в первый раз его не услышала.

— Старшая сестра твоей бабушки, царствие ей небесное, — старушка складывает пальцы щепотью, но замирает на первом же движении. — Хотя, она, наверное, ещё не ушла, упрямица этакая.

Артём застывает, едва шагнув на порог кухни, и именно этот момент выбирают остальные, чтобы войти.

— Калитку и дверь я запер, тёть Нин. Можем мы?..

— Проходите, проходите. Стульев, правда, мало, всего три, не так уж часто ко мне гости приходят, но я сейчас из комнаты ещё один принесу и все уместимся, — начинает суетиться старушка, бодро проходя мимо Артёма, но до комнаты так и не добираясь. — Погоди...

Под пристальным, немигающим взглядом, внезапно так похожим на взгляд его бабки, Артём замирает, как кролик перед удавом.

— Лёв, пусть ваш мальчик сходит, возьмёт стул, или сам возьми, — не отрывая взгляда от Артёма, требует она, внезапно меняя своё решение. — Там дверь слева от вас, стул у стола должен быть или под ним. Глянете сами. А ты голубчик, иди сюда. Так с чем, ты говоришь, вы пожаловали ко мне?

— Антон, иди, возьми стул и приходи. Вот эта дверь. Понимаешь, — скомандовав Антону, отец переключается на старушку: — Я подозреваю одержимость.

— Проклятие, — сам от себя не ожидая, поправляет Артём, хотя прекрасно знает, в этот момент никто его не подталкивает к этим словам. Присутствие Гордея внутри внезапно ощущается вполне внятно, но тот будто бы спит. — Бабка... То есть бабушка, перед смертью... разозлилась.

— И на что?

Ничего другого старушка не спрашивает, будто и так знает, как и что произошло. Так же как она уже знала, что её сестра мертва. Или подозревает.

Артём бросает быстрый взгляд на обеспокоенного отца и снова оборачивается к старушке.

— На то, что я, по её мнению, забрал у неё силу, на которую не имел права. Не того пола.

— Ах, она старая!.. — подавившись руганью, старушка вскакивает со стула, на котором сидела, и резко меняет тему. — Давайте я вас чаем угощу, а то как-то не по-людски поступаю, не гостеприимно. Пирожков, конечно, нет, но зато есть бутерброды. Да... Хлеб точно ещё оставался и колбаса с сыром...