Сет Мор: проклятье Даргвитара

Словно желая позлить его еще сильнее, радио с грустинкой, но все равно слишком радостно оттараторило красивым женским голосом новостного диктора: «Владетель сегодня после внеурочного собрания выступил перед телевизионщиками. По его словам, в следующем триместре следует ожидать подъема цен на продукты. Виной всему засуха во втором лоте. К сожалению, на вопрос, по чьей вине эта засуха, нам не удалось получить ответа».

— Спасибо, блин! — сквозь стиснутые зубы поблагодарил Марк далекую девушку-диктора. — Лучше бы ты вместо пьянок делами занялся! — эта фраза уже была обращена к не менее далекому Верховному.

К сожалению, передача слов на таких расстояниях без какого-либо прибора была еще неизвестна, и они остались тяжелым грузом давить на возмущенного полицейского. Чем дальше, тем сильнее Марк ненавидел магов. Проклятый Верховный стал появляться в баре все чаще. Скидка в медцентре давно перешла в абонемент, но радовало это мало. Как минимум потому, что жалование улетало к последователям Наблюдающей слишком быстро: медики давно уже отделились от жречества и предпочитали продуктовым подношениям «звонкую монету».

Марк криво улыбнулся — современные жрецы так же могли за пачку риса вместо обряда по морде съездить — и свернул на пятнадцатую. Ехать в сторону дома оказалось еще невыносимее, чем мимо еды, и Марк, не удержавшись, свернул на шестую — к «Бегемоту».

— Не думал, что добровольно к тебе приеду, — буркнул он проплывающему за окном зданию.

Очнулся от задумчивости Марк только тогда, когда понял, что едет знакомой дорогой — к МВ и, выругавшись, вновь свернул, тут же затормозив.

Неширокая улица постепенно останавливалась, заполняясь машинами. Собравшиеся вокруг эпицентра происшествия зеваки что-то живо обсуждали, хватались за головы и рты, но стояли. Марк отчетливо скрипнул зубами. Отчего люди могли себя так вести, он догадался.

Быстро собрав себя по машине — особенно тяжело было найти смахнутую в досаде фуражку — он выбрался наружу. Захлопнул дверь, высматривая самый свободный путь.

Нашел. Быстро, почти бегом стал продвигаться к месту зарождающегося шума. Пока еще робкий, тот постепенно набирал градус. Стали слышны причитания отдельных женщин, умолявших оставить бедолагу в покое.

Высматривать того самого бедолагу резко расхотелось. Марк ускорился, распихивая плечами особо несдвигаемых раззяв.

— Разойдись! — когда толпа стала совсем уж непроходимой, рявкнул он и едва сдержал ругательство.