Следствие по магии 3

Хороший был бог, да вложили в него слишком много своеволия и непокорности самим богам. Шли века, время было слишком условно тогда, и разногласия множились, непонимание росло, пока в один миг Знич не захотел покорить Навий туман.

Яга сама помнила, как растащил его на части Навий туман. Но жизнь без смерти не возможна, и какое-то время Чернобог лично заправлять той стороной. Его сменил Вий, потом Жива пробовала, да почитай половина богов поработала богом мертвых. Кощей века полтора пахал.

А потом у Сварога и Лады родились дочери.

Леля и Моря, Морена то есть. Красивые девушки, да как солнце и луна разные. Заневестились в един день, влюбились в одного заморского гада. Полу-скорпион, полу-дракон, манеры как у лорда, обхаживать обеих сподобился, и скрал обеих. В подземелье.

Сварог тогда от ярости, чуть потоп не учинил. Девок вернули, и Леля продолжила жить как ни в чем небывало, всегда легкой была, веселой. А Моря, до сих пор вздыхает, думает может оболгали суженного? Вот и согласилась на бремя богини смерти, быть любому поближе.

В последние столетия только ожила немного, а все равно себе на уме девка.

Перед уходом, Яга все ж таки сподобилась предупредить, да напомнить или намотать на косу, коль ума за века не прибавилось:

— Морена, я хочу тебе напомнить, что именно благодаря Кощею и Лере, ты сейчас не прикована к Нави и можешь работать. Помнишь сколько ты вздыхала? То-то же. Не уподобляйся людям, которые получают благо и хотят еще.

Морена вздернула носик и быстро-быстро засобиралась, бормоча нечто «опоздательно-извинительное», мол задержалась я, пора.

Пусть ее, но лучше бы проследить. Хотя кому следить за Смертью?

Нужно выявить ее окружение. Сама-то девка не плохая, бедовая только, да внушаемая. Глупая, одним словом, да доверчивая.

Два гудка:

— Кощей, здравствуй.

Пару секунд молчания, прям морду колдуна представила: удивленную, обеспокоенную. С появлением телефона, Яга ни разу не позвонила поболтать. Только по делу, да сильно неприятному:

— И тебе здоровья, ведьма.

По добру ли?

— Как водится. Мне бы твоих соколиков, да по бессмертнее.

— Найду. И?

— Вот все тебе интересно, за Морей проследить, да понять кто дуру эту с толку сбивает.

— В смысле?

— В прямом. И часа не прошло, как она дурость свою языком перебирала.

— На днях встретимся. А помощников направлю. Как тебе дрекаваки[1]?

— А что, пойдет. Засылай. Сто лет о них не слышала, жду.

Ну вот и успокоилось нутро.