Следствие по магии 3

А уж у этих возможностей по более будет, а сроки похожие! Ха!

Порой нынешние его взгляды радикальнее самого радикального оппозиционера. Когда с ним это приключилось? Когда он стал видеть в ворах и жуликах раковую опухоль? Которая сильно мешает президенту делать страну лучше и сильнее?

Может, когда казаковал после армии? Занимался охраной леса по линии реестрового казачества, строил кордон для борьбы с незаконной вырубкой. Подрабатывал в такси, порой не сдерживал кулаки на нерадивых клиентов, что хамили, отказываясь платить.

Или тогда в зале суда? В кажущемся снов две тысячи пятом? Девять лет, приговор за то, чем не занимался. Два-два восемь, наркота, которую истово ненавидел. Я бил, было и воровал, металлолом особо, но не это. Провел за решеткой только 5 лет, 1 месяц и 3 дня. Обидно, что справедливости не добился, да и не все мне верили. Что уж там.

Эх, красиво. Закат окрасил все и без того золотое, в золото-красное, с фиолетовым шлейфом. Последний закат. Не выбраться уж мне, машины ждать не приходится, еще как минимум пару часов.

После битвы за Дунаем,

В басурманской стороне,

Умирая после боя,

Воин слово молвил мне:

„Отнеси, брат, в край родимый

После моих похорон,

Челобитьице родимой

И родимому поклон,

А жене своя ей воля

Стать другой раз под венец;

Из пуховых фиалковых облаков соткался образ девушки. Косы длинные, прямые, землю метут, платье алое, словно тончайший бархат. Я видел ее однажды. В колонии. Участвовал в строительстве тюремного храма.

Ко мне тогда подбежали люди, схватили под локти, отвели в санчасть. Она так по одаль и стояла, улыбалась задумчиво. Там зашили, сказали, что череп не пострадал. Только скальп чуть-чуть содрало.

И снова она, что ж, не торопит и то хорошо, песню закончу:

Видно, брат, моя не доля,

И жене не муж мертвец.

Весть снеси вдове такую,

Что женат я на другой,

Что с другою век свекую

Девушка присела рядом, белые косы вьются по алому, как закат платью. Она грустно смотрит на догорающее солнце, иногда на меня.

Я под крышей вековой;

Что за нею на погосте

Взял я каменный накат,

Пуля сватала, а гости

Были пушки да булат[2].»

— Потешил казак. Второй раз видимся.