Следствие по магии 3

Пока я разглядывала Баюна и думала о вредности телевизора, они с колдуном обнялись, посмеялись, даже начали что-то обсуждать, из волнующе-рабочего. Пока, наконец, Кощей не вспомнил о бедном следователе.

— Знакомься, Зоя. Она ведет это дело.

— Очень приятно, Сергей.

— Очень приятно познакомится Сергей Викторович!

— Здесь просто Сергей. Устал я от всего этого политеса.

— Хорошо.

Хорошо-то хорошо, а как? Язык еле ворочается тыкать ему, да Сергеем называть. Тыкать по традиции положено, на «вы» только врагов.

Но «Сергей» старше меня без малого на полвека. Это если брать только нынешнее его облачение. В телевизоре мне он казался старше, хотя возможно это связанно с иллюзиями, ведь Баюны, и их потомки живут дольше людей.

Колдун, видя мою скромность и зажатость сам постарался разрядить обстановку, да и Сергей подхватил. Рассказывая смешные истории, часть из них гуляла по интернету, обрастая самыми немыслимыми подробностями, часть не знакомы широкой публике. Особенно, это касалось совместных действий МИДа и, например, СВР[1].

— А Китай?

— Китай, это страна, которая рано или поздно полезет на нас. Вопрос выживания.

— И что?

— Жить. Это просто жизнь. После того как их драконы стали более вменяемыми...

— Драконы?

— Стометровые змеевидные ящерицы правят этой страной уже… с основания в общем. И первые были не плохи. Именно они создали порох, бумагу и толкнули их в массу. А потом возгордились, закрылись в своих городах, окружили себя льстецами, все потеряли.

Сейчас у них видимость выборов, но как правит последние пятьдесят лет один, так и правит. Он младшим был. Хитрый, изворотливый, но вменяемый, не то, что его отец.

— А кто его отец?

— Мао. Тот самый. Он родился от одной из его любовниц, и та скрыла его рождение.

— А говорили, что Мао заражал своих любовниц болезнью?

— Проклятьем. Которое принимало форму болезни. Есть такое. Ведьма прокляла, когда он на ее дочь позарился.

— Поделом. Это поэтому он всем говорил, что будет жить вечно.

— Хотел. Но китайские драконы не совсем драконы, обычные оборотни. Сильные, долгожители, но не вечны.

— Нужно будет в библиотеки посмотреть историю Китая. Чую, она сильно разнится с официальной.

— Не сильно, но принципиально. А теперь к нашим баранам.

Из папки вылезло три бумаги с водяными знаками.

— Вот три ноты протеста. Две обычные бумажки, против, против, будем принимать меры, в общем стандартная муть дипломатического бреда.