Бедовый 2. Специалист по нечисти

А после провел окровавленным ножом по воздуху, словно рисуя диковинную букву. И вложил хист.

На мгновение из легких будто весь воздух вышел. У меня такое бывало в рукопашке, когда бьют в «солнышко». Перебивают дыхание и ты какое-то время просто пучишь глаза, не в силах ничего сделать.

Я лишь видел, как кровь на коврике стала алой, яркой, а «буква» в воздухе налилась цветом. А после все исчезло. Вообще все.

Но по легкой пульсации я теперь ощущал в доме присутствие печати. Она действительно неприятно тянула.

Как заживающий шрам на теле. И чешется, и тронуть нельзя. А еще я чувствовал, как к ней ведет ниточка хиста. Слабая, тонкая, но она есть. Как тот суслик из «ДМБ».

Бес нашел меня на кухне, попивающим чай. Привычно походил рядом, поцокал.

– Я же говорю, рано. Третий рубец и сразу печати. Ладно бы одну…

Если честно, я тоже уже начал сомневаться по поводу парочки. Если Врановой попытается войти без привычного «приветствия», где пообещает вести себя послушным и хорошим воробушком, ему и так прилетит.

С другой стороны, если Инга сказала про «одну-две» печати, значит, понимает, что я это сделать в состоянии.

– Свечу принес?

– Ага, вот.

Григорий протянул мне сразу несколько образцов фителей в воске. Здесь были и тонкие церковные свечи, и обычная парафиновая, и парочка декоративных. Я взял самую непримечательную.

– Остальные неси обратно.

– Зачем, хозяин, пригодятся в доме. К тому же, я там чуток набедокурил.

– Вот будешь разбедокуривать. Неси, я сказал.

Григорий посмотрел на меня со скорбью всего бесовского народа. Мол, надо же было такого рубежника найти для служения. Однако поперся выполнять приказ. Разве что дверью опять хлопнул. Мерзавец рогатый!

Я еще немного посидел, собираясь с силами в прямом смысле. К тому же, вторая печать была не такая энергозатратная, как первая. Наверное, даже хорошо, что я сначала создал «Порог на крови», а теперь принялся за «Сизый морок».

Не знаю, повезло ли в том, что накладывал я печать вечером? С одной стороны да, с другой – такое себе зрелище.

Чувак ходит со свечкой вокруг дома, что-то бормоча под нос. Для этого мне пришлось даже выучить все написанное в тетради. Подглядывать в темноте оказалось крайне неудобно.

– Все, на что глаз упадет у случайного прохожего, хистом одаренного, станет ничтожным, внимания не стоящим, на что и глядеть зазорно и совестно. Пройдет он мимо, даже голову не поднимет, а когда обернется, так и не различит ничего.