Эликсир

— Вы хотите его вернуть? — не церемонясь, спрашивает, указывая на Адри.

— Нет, вы что! — оскорблено прижимаю пса к груди, одна только мысль пугает меня до чертиков.

Ветеринар с облегчением выдыхает.

— Простите, — вдруг, чуть ли не плача, выдавливает из пересохшего горла, — за эту неделю вернули троих. Без предупреждения. Просто оставили у дверей. Я уже внесла этих нелюдей в чёрный список, я помню всех..., — жалобно всхлипывает,— всех и каждого своего подопечного. С тех пор, как штат оставил чипирование на усмотрение хозяев, приходится запоминать.

Да и как их забудешь? Они все мне как дети! — на этих словах она ударяется в громкое рыдание и ещё долго продолжает свои стенания, но я их не слышу.

Угрожающий голос мистера Харисса так и звенит в ушах, наполняя сердце ещё большим страхом: «Если вы не согласитесь сотрудничать, вскоре те, от кого вы скрываетесь, узнают о вашем местоположении».

— Какая кошмарная несправедливость! Нельзя быть настолько жестоким! — не сдерживаясь, громко восклицаю. Гнев так и хлещет из меня во все стороны.

Этот мой эмоциональный всплеск, казалось бы, в сторону моего шантажиста будто устанавливает незримую дружескую связь между нами.

— Да, — искренне соглашается и тянется за очередной салфеткой, — так что у вас за просьба, мисс Ливс?

— Я хотела бы... — медлю, пытаясь подобрать слова, — пристроить Адри на пару дней, пока в квартире ремонт.

На последнем слове я внутренне сжимаюсь. Уверенна, она заметит ложь. Или подумает, что это очередной приём, чтобы изощренно отказаться от беззащитного животного.

Но Юника понимающее кивает, подходит обратно к рабочему столу —пару ударов по клавиатуре, и она озвучивает кругленькую сумму.

— Отдельный просторный вольер, — упоминая это, она весело подмигивает не на шутку напугавшемуся псу, —питание дважды в день, прогулка дважды в день. Бронируем?

— В смысле? — чуть хлопая глазами, переспрашиваю.

Юника мне больше напоминает администратора в пятизвездочном отеле, нежели ветеринара.

—Вольер освободится послезавтра, — деловито поясняет она, — На сколько дней планируется передержка?

— Да, я хотела сейчас оста.

... — Адри не даёт закончить фразу, перебивая жалобным визгом.

— Похоже, он против, — чуть посмеивается, — сейчас невозможно, бронируем на послезавтра?

Я в ступоре. Когда мы мёрзли под дождем, я твёрдо решила, что пёс не виноват в том, что его хозяйка вечно попадает в передряги. Мотаться с ним несколько дней по городу без гроша, заставлять мёрзнуть и морить голодом— этого я не вынесу.