Проклятый. На пути к Небесам

И тут я почувствовал толчок в спину, а меня ослепил яркий свет. Сознание поплыло, словно его отправили в перезагрузку. Что-то похожее было на операционном столе после аварии, когда вводили наркоз. Но тут это длилось жалкие мгновения.

Ноги подкосились, а я повалился на землю. Зрение вернулось не сразу, как и контроль над телом, зато головная боль не заставила себя ждать. Пульсирующая, с ощущением, словно по голове бьют кувалдой. Разум начал рисовать смазанные картины широкого помещения, где бродили высокие силуэты в масках.

И ярко-голубое сияние… оно заполнило собой все вокруг.

Когда очнулся, то первым делом подумал, что умер - солнце ослепляло, а головной боли уже не было. Как рукой сняло. И тут появилась фигура Кузьмина… чтоб тебя.

Нет бы помочь человеку, так он сразу пустил в ход ноги – чтоб наверняка, видимо. Его ботинок пришелся мне в бок, раздался хруст, но боли не последовало. Послышался тихий вой обидчика. Наверняка чувства восхитительные, поскольку меня пинать - все равно, что бетонную плиту.

- С-сука… - простонал он, поджав ударенную конечность, которая и хрустнула, - прибью.

Дожидаться исполнения угроз я не стал и нашел в себе силы подскочить, сорвавшись с места. Кузьмин хотел броситься за мной, но хромая походка не оставляла ему шансов. Да и потом все лето ходил в гипсе из-за перелома лодыжки.

Я же не успокаивался и несся, сломя голову. Не знаю, что больше напрягало – Дима или странности, но дальше началось безумие.

Пытаясь резко свернуть в сторону, я поскользнулся на грязи и чтоб сохранить равновесие, инстинктивно махнул рукой.

Из моих рук и ног ясно виднелись сопла, которые источали то самое ярко-голубое сияние. Паника захлестнула разум – я метался в воздухе из стороны в сторону, подобно дрону под управлением обезьяны. Ломал своим телом ветви деревьев, в которые врезался, и не понимал, как приземлиться.

Зажмурившись, хотел лишь одного – чтобы все скорее кончилось.

Гул механизмов утих, а я понял, что в воздухе меня больше ничего не удерживает.

Свечение в руках погасло, а я, попутно обломив еще пару веток, рухнул на землю с приличной высоты.

Но ничего не произошло. Совсем. Ни боли, ни дискомфорта. Да на мне ни царапины не было. Отряхнувшись, осмотрелся по сторонам – никто моих кульбитов не видел, поэтому поспешил в сторону дома.

Учитывая мой потрепанный вид, история про стычку с Кузьминым пришлась для оправдания перед мамой очень кстати. От обеда отказался, да и вообще ничего не хотелось.