Проклятый 8. Темное Знамение

Проклятый 8. Темное Знамение

Анна и Андрей Кунгурцевы

Глава 1

Отец остановился, повернулся к Архангелам, пристально всмотревшись в глаза Ники, и заговорил с легким укором.

- Люцифер… ты зачем девочку мучаешь? Вы так хорошо друг с другом гармонировали, а теперь ты вот так.

- Забей, - отмахнулась Чернова, скрестив руки на груди, - так, воспитательный момент.

Он цыкнул, качнул головой и вздохнул.

- Ладно.

- Ладно!? – переспросил Гавриэль, вдруг подался к девушке и схватил ее за грудки, - отпусти Нику, сволочь, или я вырежу тебя из этого сосуда!

- Не хочу, - подмигнула она, а радужка ее глаз сверкнула ярко-красным переливом, - или что? Побьешь меня?

- Так, хватит, - отрезал Отец, а Его голос эхом разлетелся по помещению, - прекратите эти распри.

Гавриэль, если тебя так беспокоит эта девочка, мы решим с ней вопрос, но сначала ты должен дать ответ. Хорошо, останьтесь здесь, подумайте, поговорите друг с другом. А когда Я вернусь, то хочу увидеть братьев, а не пустолаек. И кстати…

Он вознес ладонь, и в ней непостижимым образом появился мешочек, который Он бросил Михаэлю, а когда Архангелы снова глянули туда, где Он стоял, то Его уже не увидели.

Ника оттолкнула Гавриэля и подошла к старшему, и вместе они заглянули внутрь, увидев четыре колбы с ярко переливающимся в них голубым паром. Мужчина достал их все, осмотрел, выгнув одну бровь.

- Это… Эссенции! Он отдал их нам! – выпалила Ника, протянув руку, но Михаэль шагнул назад, не позволив взять ни одной, - эй?

- Че - эй? Голову включи, идиот, - огрызнулся он, глянув на сосуды уже спокойнее, - их здесь четыре, на вид все одинаковые, никаких идентификаторов.

А нас трое. Помнишь Его слова? Поглотишь не ту – и все, адью мон дью…

***

В полном отрешении от внешнего мира время шло до безобразия медленно. Эбигейл в основном сидела на своем месте, изредка перебираясь от стены к стене.

Майк уделял все внимание сестре, с которой, как ему показалось, они за короткий период заточения сблизились больше, чем за всю жизнь до этого.

Телефонов у них не было, поэтому юноша, желая хоть как-нибудь занять себя, представлял большой круг настенных часов, считая секунды, минуты и часы.

Когда ему надоедало, он мог слоняться по подвалу, но при этом нередко бросал заинтересованный взгляд на Эбигейл.

Настал момент, и ему все откровенно осточертело. Мелиса сидела у него на ногах, и он обратился ко всем присутствующим.

- А давайте… поиграем?

Он сразу поймал на себе вопросительные взгляды.