Проклятый. На пути к Небесам

Руки Феникса внезапно окутал огонь, он вознес ладонь и сжал пальцы, от чего я сдавленно прохрипел, не в силах пошевелиться и даже что-то сказать. Я ощутил, как глотку будто стиснула колючая проволока.

В отражении стены я заметил ошейник из голубого пламени, крепко обтягивающий мою шею, словно хищная змея. Я попытался сорваться с места, когда он опустил руку, но каждый шаг отдавался страшной слабостью во всем теле.

- Полно тебе, - смотря на мои потуги подобраться к нему, Гефест примирительно смягчил тон, - драться со мной у тебя не хватит сил.

Если дойдешь и не свалишься – уже хорошо.

Спорить с этим фактом как-то желания не было. Я остановился, прикрыл глаза и выдохнул, после чего глянул на Феникса.

- Это показательная порка, или решил со мной расквитаться? Так вот он я, чего ты ждешь?

- Нянчиться с тобой я не собираюсь, расквитаться – идея хорошая, но еще не время. Ты можешь пригодиться. В общем, нужно сделать…

- Это с чего вдруг? – бесцеремонно перебил я, - думаешь, я буду выполнять твои поручения?

- Будешь, - утвердительно ответил Гефест, - но это принудительно лишь отчасти.

По желанию ты можешь отказаться, но тогда… ты ведь знаешь, кому сейчас принадлежит Анютка? Да-а, друг мой. А теперь, прежде чем отказать, подумай хорошенько, что ее может ожидать. На своем веку я повидал всякого, и поверь мне – знаю, как причинить боль.

Из груди словно вышел весь воздух. Он меня решил шантажировать? Нет уж…

- Ты ее не тронешь, - осклабился я, сжимая кулаки.

- Ты меня плохо знаешь, мальчик.

Одну барышню я однажды распял и потом спалил заживо. Правда, ей повезло быстро умереть. Так и быть, из-за твоей вредности я устрою демонстрацию, и ты поймешь, о чем я говорю.

- Подожди! – выпалил я, сдержанно и рвано вздохнув, - н…не надо ее трогать. Что ты хочешь от меня?

Внезапно, во вспышке пламени рядом с ним появилась Аня. Вид у нее был отрешенный, в принципе, как и перед ее уходом.

- С этого и надо было начинать. Правда, ты все еще думаешь, что я добрый самаритянин, не способный на радикальные меры? Ты ошибся.

Гефест поднял ладонь и сжал пальцы. Прямо на моих глазах Анюта сдавленно просипела, ее лицо исказила гримаса нарастающей боли. Меня едва не затрясло от накатившей злости от такого вида любимой, я сорвался с места, но через два широких шага силы покинули меня окончательно, а ошейник затянулся, казалось, до предела. Я невольно повалился на колени, как и Аня.

Только я от слабости, а она – разразившись пронзительным воплем.