Тени Инкорке

— Но остался маленький Вариус, — не дал отвлечься Лок.

— Родители решили, что семья должна быть вместе, и тоже уехали.

На лицах девочек отражалась такая боль, что фраза “А мы что, не семья?!” без труда с них считывалась.

— Да, жалко, — согласился колдун и положил руку (положил руку!) на плечо Ниры или Норы (кто их разберет?).

— Нам нужна новая семья! — хором пропели гостьи.

И тут случилось то, чего я при их постоянной синхронности голосов и движений, никак не ожидал: та, кого касался мой начальник, добавила самостоятельно:

— С детьми.

Сестра посмотрела на нее и согласно кивнула.

— Плата вперед, леди.

Призраки недовольно скривились. Несколько мгновений я думал, что сейчас они совершат последний опрометчивый поступок в своей посмертной жизни — нападут на сильнейшего из известных мне колдунов. Но обошлось. Девочки лишь посверлили начальника сердитыми взглядами и, ожидаемо ничего не добившись, полезли руками каждая в свой рот.

Я наблюдал за их манипуляциями со все возрастающим отвращением.

Что бы ни представляла собой так называемая “плата”, я предполагал, что видеть мне ее не захочется. Но любопытство, составляющее основу моей немудреной личности, не позволяло отвернуться, и я сидел, как каменное изваяние, не в силах пошевелиться. Вся процедура заняла не больше минуты, после чего клиентки вынули каждая по клыку. Теперь барышни стыдливо прикрывали рты ладошками и отчетливо шепелявили.

— Дехфыфе, — недовольно пробурчал прежде сладкоголосый хор.

Лок выразил бурный восторг по поводу “безукоризненного” здоровья протянутого ему вознаграждения.

— Помилуйте, Август, зачем вам их зубы?! — возопил я, не в силах совладать с обуревавшими меня чувствами.

— Очень редкий ингредиент для очень хороших зелий, — машинально ответил колдун и спохватился: — Ты же говорил, что разбираешься в алхимии?

— Но такому нас не учили!

— Все бесполезнее и бесполезнее, — посетовал вредный начальник и, рассмотрев добычу под светом зеленого огненного шарика, понес ее к буфету в самом дальнем от нас углу.

Я несправедливо обиделся на справедливое, в сущности, замечание и уже ворчливо задал самый животрепещущий на данный момент вопрос:

— Но как они теперь без зубов?

— Тереф фяфь минуф… — начали было отвечать девочки, но, осознав степень новообретенного речевого дефекта, смущенно замолчали.

— Леди хотели сказать, что через пять минут клыки отрастут заново.

Лок подошел к буфету, отпер ключом верхний ящик и достал матово светящуюся белую шкатулку.