Тени Инкорке

Леди Крит зябко поежилась и воровато покосилась на темные углы. Никого. Старушка бросила последний взгляд на приоткрытое окно, в зародыше подавила суеверные страхи и бодрым шагом вышла через гардеробную в холл.

Обе статуи прародителя семьи Инк смотрели прямо на женщину, и выражение на их лицах было настолько укоризненным, что Тарисса чуть было не смутилась. Но вместо этого тряхнула седой головой, воинственно задрала подбородок и стала уверенно подниматься по лестнице. Жизненный опыт подсказывал, что если кто-то хочет спрятать что-то, то лучшего места, чем чердак, просто не существует.

Зеркальные ступеньки, невзирая на осторожность, глухо позвякивали от каждого шага, вынуждая незваную гостью вжимать голову в плечи и то и дело оглядываться. Но ни воинствующий бард, ни другие призрачные питомцы проклятого дома так и не появились.

По обе стороны лестницы на уровне человеческих глаз даже при таком скудном освещении были отчетливо заметны темные прямоугольники, оставшиеся от совсем недавно снятых портретов.

— Да уж, — пробурчала старуха себе под нос, — не любит наследничек своих предков, раз уж даже рожи их противные попрятал!

Будто в ответ на тихое ворчание со стороны северного крыла что-то прошуршало. Леди Крит, презрев благоразумие, одним махом преодолела последние ступени и на цыпочках, что окончательно растоптало образ немощной бабушки, устремилась в противоположную от шорохов сторону.

В старых домах, как известно, было принято прятать лестницу на чердак за неприметной дверью. То ли из-за непритязательного вида ступеней, то ли в попытке скрыть накопленные за годы груды хлама от взглядов любопытных гостей. А потому Тарисса заглядывала в каждое помещение, завистливо отмечая роскошные балдахины в спальнях, настоящий гранит уборной и, что потрясло шпионку сильнее прочего, расшитые жемчугом старинные парадные платья, не иначе как чудом сохранившиеся в гардеробной.

Двигаясь, как ей казалось, не громче кошки, старушка успела заметить в одной из маленьких комнат, ошибочно принятой за кладовку, узкие деревянные перила, когда на площадке второго этажа из ниоткуда донеслись тяжелые шаги. Мысленно выругавшись, леди Крит юркнула внутрь, осторожно прикрыв за собой дверь.

Темнота, вязкая и жуткая, обхватила женщину с мощью удава, вознамерившегося подзакусить испуганной добычей.