Изнанка серого города (большая зарисовка)

Надя улыбнулась, швырнула чаем и поставила кружку.

– Знаешь, тебе станет понятнее, если увидишь сам. Я покажу. И расскажу. А потом познакомлю с остальными.

– Мы не одни?! – тут же оживился я.

– Не. Нас несколько сотен. Большинство живут в заброшенной казарме.

Надя быстро глянула в окошко, ненадолго задумалась, потом осторожно протянула:

– У меня ещё есть в запасе безделья, я вчера хорошо поработала. Пойдём!

Я не успел толком допить чай, а меня уже схватили за руку и повели к выходу.

Надя даже не разувалась, но при этом грязи в доме я не увидел.

Она надавила на дверную ручку и повела на улицу. И напоследок громко хлопнула.

Уже на улице моя спутница остановилась и вытащила из кобуры пистолет. Девушка состроила сосредоточенную физиономию и взялась за оружие так, будто хотела разогнуть подкову. От усердия даже язык высунула.

А затем я не поверил глазам. Пистолет стал течь, как восковый, пока не вытянулся и не изогнулся, а под конец разделился на два одинаковых пистолета.

– Это как? – опешил я.

– На! – протянула мне оружие девушка. – Только учти, не будешь его поддерживать, он развеется.

– Я ничего не понял, – пробормотал я. Видимо, оружие стало последней каплей, переполнившей меня в этом безумном мире.

Закружилась голова. Но я постарался не показывать вида.

– Дело практики. Научишься, – отмахнулась Надя. В голосе не звучало напускного пафоса или какого-то благоговения. Всё буднично, словно так и должно быть. – Показывай, где ты жил.

И мы пошли вдоль улицы. Идти простояло недалеко – всего три остановки.

Вокруг всё тот же серый город, прозрачные и смутные тени людей, машин, животных.

Надя время от времени молча останавливала меня и прислушивалась к чему-то. Тогда она поудобнее сжимала рукоять пистолета.

– День спокойный. Редко такие дни. В обычный день мы уже должны были столкнуться с какой-нибудь тварью, – проговорила она.

И мы шли дальше. А через полчаса я встал перед обычной панельной многоэтажкой. Знакомой с детства. В этом дворе я гулял и играл. Здесь жили друзья.

– Вот, – произнёс я и показал рукой. – Шестой этаж, седьмой подъезд.

– Ага. – Надя широко улыбнулась и кивком указала на дом. – Пересчитай подъезды и этажи.

Я замер. Внутри всё сжалось в ожидании лютого подвоха. Повернулся. Начал счёт. И на середине остановился. И так всё ясно.

Дом был тот. Но вот этажей только пять, а подъездов – шесть. Не хватало именно того, где я жил раньше.