Новый год для гомункула

Но он хлестал и хлестал ее до тех пор, пока она не уменьшилась до размера хомяка.

– Камыш, неси банку! – крикнул Афанасий, принимая свой обычный облик.

– Да ну тебя в жопу! – пискнул кот из-под дивана. – Предупреждать надо!

– Вылезай уже, не бойся.

Взъерошенный кот выполз, отряхиваясь.

– Какого хрена сейчас было?

– Ну, родной дом для домового – место силы. Здесь я могу немного больше, чем в других квартирах.

Камыш принес литровую банку, куда они посадили банницу, и Афанасий положил ее в свой сундучок.

– А скажи, клево было, когда я закричал «У тебя здесь нет власти!». Это я в кино видел, – довольно потер ручки домовой.

– Что это вообще за пенсионерка? – кивнул кот на банку с крошечной старухой, которая уселась на дно и кричала какие-то ругательства, потрясая сухим кулачком.

– Банница, или опалиха – дух бани. Общественную баню-то снесли, куда ей идти… Тут даже этих модных саун нету, чтоб ей притулиться. Не шибко доброе соседство с ней – если ей кто-то не по нраву, могла кипятком обдать, а то и под половицы затащить.

– А почему на тебя ее Тьма не подействовала, а на Семеныча – да?

– Я так думаю, Семеныч к ней жил поближе, вот и зацепило его. А гомункул наш слабенький, молодой ишшо, подверженный влияниям.

Вскоре гомункул оправился – отвалилась пивная бутылка, подтянулся живот, слезли ошметками треники и майка.

– Экий справный, – довольно ухмылялся Афанасий, оглядывая светловолосого симпатичного парня, который пучил глаза и довольно глодал кусок шашлыка. Парень сидел, подтянув коленки к подбородку и упираясь макушкой в потолок – он уже изрядно вырос.

– Че-то он не больно разговорчивый, – подозрительно сказал Камыш.

Домовой срезал росток «женского счастья», выжал несколько капель из мясистых листьев в рюмку, подошел к гомункулу, раскрыл ему рот, нажав на челюсти около ушей, и влил снадобье.

– Ну, все, готово. Готов женишок.

Домовой открыл портал на улицу, и вместе с котом они вытолкали гомункула во двор. Залезли на подоконник на кухне, принялись наблюдать. Парень покрутил головой, потер лоб, и, как будто что-то вспомнив, направился по тропинке к стоянке авто.