Град Изумрудный

Коммивояжёр, прямо с ног толкающий очередной набор «патентованных копий правительственных амулетов» - крикливый, навязчивый, преследовал меня с половину квартала: я очень зря бросил на него взгляд, каковой он счел заинтересованным, и спасся от него, только свернув за угол. Ничего полезного он мне не сказал тоже: не считать же за таковое произнесенный скороговоркой список имеющегося в продаже?

Дорогу я выбирал интуитивно, и выбрал не пойми как.

Ноги как бы сами принесли меня к лавке Старика Лю: так его называли местные, собственное имя у него было какое-то свое, очень особенное, такое не то, что не запомнишь – по бумажке прочтешь не сразу, про спеллинг же можно и не заикаться.

Внутри лавки было все, как всегда. Темновато (Лю экономит на освещении), затхло (Лю боится сквозняков) и не пройти среди всякой дряни, расставленной на полках, столах, ящиках и прямо на полу (Лю не любит переплачивать за аренду).

Все это, в смысле, дрянь, продавалось: лавка, вроде, для того и нужна.

Подсевшие и перешитые амулеты, сомнительные снадобья непонятно от чего, магические манускрипты без капли эфира и единой верно нарисованной руны… Впрочем, я ценю старика не за бросовый товар.

Лю – идеальный информатор, и не потому, что у меня в кармане завалялась маршальская звезда, а он, как и все китайцы, опасливо уважает и полицию, и ее официальных помощников. Дело тут в другом.

Старик уже третий год играет с полицейским департаментом в опасную, но прибыльную игру, называется – «не пойман – не колдун», и в игре этой, покамест, выигрывает.

Теоретически, такие игры в любой момент могут окончиться ударом дубинки по морщинистому затылку, или даже тяжелой пулей в переносицу: смотря, что конкретно обнаружат при обыске среди гор барахла, но Лю, прекрасно это понимая, продолжает путь свой по самому краю.

Полиция терпит его насквозь сомнительный бизнес потому, что лавка «Настоящая Магия Востока», будто магнитом, притягивает разного рода сомнительную публику.

Публику эту тралят – как и положено в океанском городе, даже полиция немного умеет рыбачить – сети же приносят иногда такую рыбку, что констебля регулярно хвалят, а ратуша развязывает тощую мошну иррегулярных выплат.

Я тоже хожу за информацией, но я за нее честно плачу, и даже не портретами отцов-основателей – старик предпочитает полновесные серебряные доллары южной чеканки.

Вышло даже немного обидно.