Пыль дорог

Сегодня Ила не хочет подчиняться вашей воле, а завтра? Завтра новому правителю темных эльфов возжелается получить луну с неба? А послезавтра – еще что‑нибудь? Я понимаю, вам плевать на то, что Ила – полукровка. Пусть так, но ведь подобное поведение не вписывается ни в какие рамки!

– Мое мнение останется прежним. Я не собираюсь из‑за твоих истерик изменять очередность наследования престола Шиамши, – последовал ответ.

Савиш буквально вылетел из кабинета дяди, громко хлопнув дверью.

Впрочем, на этом его задор поостыл.

Юноша остановился в коридоре возле настежь распахнутого окна и нервно барабанил пальцами по подоконнику, размышляя.

Тихие шаги он услышал не сразу. Резко развернулся, в руке блеснул украшенный по рукояти изумрудами валлет.[1] Впрочем, кинжал не понадобился: за спиной у герцогского племянника стоял, пряча за зевком насмешливую улыбку, Тильм – его молочный брат.

– Ну что? Получилось что‑нибудь? – поинтересовался Тильм, тщательно вытирая подошвы грязных сапог о дорогой ковер.

Савиш только скривился, загоняя кинжал в потайной карман:

– Куда там! Дядюшка если вбил себе что‑то в голову – бешеный гуль не выбьет! Ила ведь по роду старше меня! А то, что это взбалмошное дитятко сбежало, наплевав на дядины распоряжения, так это ничего страшного! Подрастет – поумнеет.

А то, что в итоге, после дядиной смерти, страна рухнет, так это никого не интересует! – Он со злостью ударил кулаком по подоконнику и сморщился от боли в запястье.

В серых глазах Тильма сверкнула усмешка:

– Так, может, стоит убедить герцога в твоей правоте?

– Как? – Теперь в голосе Савиша звучала ничем не прикрытая ярость.

– Есть у меня одна идейка, – уклончиво ответил темный эльф.

Далеко от города Кебриан не ушел. Хорошо, если милю преодолел. А потом просто не выдержал: устало плюхнулся на землю и, прикрыв глаза, лег на спину. Ила опустился рядом и, блаженно вздохнув и подперев спиною ближайшее дерево, тоже закрыл глаза.

Впрочем, в полной мере насладиться отдыхом полукровке не удалось: прошло всего несколько минут, как воспитанник князя Алмариэна решил, что хорошего понемножку, и, резко сев, мрачно поинтересовался:

– Может, ты мне все‑таки объяснишь, что происходит?

Полукровка устало мотнул головой:

– О чем ты?

– Я вошел в Окармию совершенно свободно.

Дошел до Золотого Цветка, ничего не совершал. Но стоило мне пересечь границу города – меня схватывают, и я оказываюсь в камере. Кого ты ограбил?

– Никого! – не выдержал Ила. – Я не совершал ничего криминального.