ВОР из НЕРО

На нём стоит флакон с отваром, на поверхности стола вокруг флакона Семён нарисовал три концентрических круга, внутреннее пространство между которыми заполнил надписями на неизвестном Устину языке.

– Чтобы нам легче было её найти, – поясняет беглый чародей их назначение, проследив взгляд вора.

Язык забулдыги едва заметно заплетается. Штоф с водкой, уже опустевший наполовину, стоит на краю стола за пределами надписей.

Устин садится на койку и приваливается спиной к стене.

– Забирай меня, как будешь готов, – говорит он беглому чародею и видит, как тот, опрокинув в себя отвар из флакона, начинает распадаться на множество мелких многоугольных частичек в тусклом свете выморочного дня.

Так же рассыпается стена за Семёном, пол под его и Устина ногами, потолок над их голова и самый свет, – всё вокруг сбрасывает с себя материальную оболочку, оставляя только идеи. Они вьются вокруг Устина какое-то время, затем собираются в рынок, среди торговых рядом которого стоит прилавок, за которым замерла некая женская фигура.

– Вон Голуба, – слышит вор голос беглого чародея, – По крайней мере то, что стоит за прилавком и кажется нам Голубой.

Устин присматривается. Как будто он видит женщину в цветастом салопе, но что-то в её внешности не так. Чего-то не хватает. Вор ещё напрягает зрение, и начинают проступать детали. Левого глаза нет. Со лба свешивается лоскут кожи, обнажая белую кость. Правой щеки тоже нет, вместо неё Филин видит два ряда чёрных, сточенных при жизни зубов. Нос почти провалился, хрящ едва-едва выдаётся вперёд скул.

– Откуда ты знаешь? – спрашивает Устин.

– Вы можете коснуться её и услышать, что она бормочет, стоя за прилавком. "Бархотки по три копейки, ноготки по пять", – вот это вот всё. А можете поверить мне на слово.

– Но это ведь не Голуба?

– Нет. Это астральный отголосок, остаток сознания мёртвого человека, какой-то цветочницы. Его, очевидно, привязали к живому телу, вот она и вспоминает оставленное вместе с жизнью ремесло.

– Это точно?

– Да. Видите ленты, которые тянутся к её спине? Они отвечают за движения. Глядите, у них особый цвет и особый узор. Но движения самые простые, очевидно, мимики никакой, только артикуляция. Мелкой моторики тоже не наблюдается. Да она уронит цветочный горшок, если ей дать его в руки.

– Тогда где Голуба?

– Не знаю. Но искать не советую.

– Как так?

– Её подменили не просто так.