ВОР из НЕРО

На грязной кухне тучная женщина невысокого роста ползает по полу, бормоча:

– Да где же эта иголка? Куда её бесы задевали?

Устин видит, как бесы таскают иголку из одного пыльного угла в другой, постоянно ускользая из-под пухлых ладоней женщины.

– Мы на счёт комнаты, – объявляет себя вор.

– Есть свободная на втором этаже, – кряхтит женщина.

Оставаясь на полу, она поднимает голову. Вероятно, каким-то образом различает колдовской огонь в глазах Устина сквозь тёмные стёкла очков, потому что спрашивает:

– Из этих? Из чародеев?

– Ага, – кивает Семён.

– С вашим братом я дел не имею, – мотает она головой и возвращается к поискам иголки.

– Мы заплатим, – обещает ей вор.

– Не сулите мне денег, – не поднимая головы, отвечает женщина. – От чародеев я натерпелась в своё время.

– Щедро заплатим. Сверх ставки.

– Говорю, не нужны мне деньги. Забудьте.

Вор опускается на корточки, отбирает у бесов иголку и протягивает хозяйке.

– Ну пожалуйста, – просит её проникновенно и улыбается.

Женщина секунды три смотрит на него в упор, забирает иголку и спрашивает:

– На какой срок комната-то нужна?

– На ночь. Утром нас здесь не будет. А может, и раньше.

– Билет чародейский есть?

– Конечно. И билет, и паспорт.

– Как зовут?

– Никифор Ощепков.

– А друга Вашего?

– Семён Спирин.

Хозяйка поднимается на ноги, вместе с ней встаёт и Устин.

– Хорошо, уговорили. Но только на ночь. Дам я вам ключи.

– Благодарю, – кивает Устин.

– Дрова нужны? По рублю связка.

– Нужны, – говорит Устин, – промокли мы, обогреться бы.

– Ещё бы пёрышко и чернила, – добавляет Семён – И водки. Штоф.

– Штоф? – удивляется Устин.

– Чтоб один раз взять и не бегать больше, – поясняет беглый чародей.

– Штоф, – подтверждает вор хозяйке.

Хозяйка переписывает паспорта мужчин в домовую книгу, выдаёт ключ от комнаты, три связки дров и перо с чернилами. И штоф водки с двумя рюмками.

– Посуду не бить, – предупреждает.

Комната небольшая, потолки невысокие. Света попадает мало, проулок, куда выходит единственное окно комнаты, очень узок, и стена противоположного дома, тёмная от дождя, поднимается совсем рядом.

– Господин хороший, можно попросить Вас растопить печь, пока я всё приготовлю.

– Хорошо.

Устин в углу комнаты возится с поленьями у печи. Когда в её утробе, наконец, удаётся поселить устойчивое пламя, встаёт на ноги и оборачивается к столу у окна.