Пекулярные советники

— Крис, там же в лучшем случае Новое время, — напомнила Тринадцатая. — Так что надо мне, чтобы точно получилось, – я ведь именно темпоралистка.

— В самом деле, пусть Птица идёт, — поддержала Валя. — Давайте ещё раз обговорим последовательность. Сначала я иду за диадемой, оцениваю обстановку и сразу возвращаюсь, и если там более-менее безопасно, то Яна переходит по своему кулону и берёт с собой кольцо Кристины. Верно?

— Да, только в первый раз возьми ещё и мой перстень, — добавил Артур. — Я понимаю, что присутствие мужчин там, скорее всего, будет ни к чему, так что это просто подстраховка – если ты не вернёшься где-то через полминуты, то иду уже я.

— Хорошо, — Валя приняла от Стража Вихрей перстень с алмазом и напряглась, готовясь переходить вслед за Эвелиной, которая как раз застёгивала на шее цепочку с кулоном. — Полминуты, я помню! — она исчезла практически сразу после медленно стёршейся из реальности Тринадцатой, чтобы вновь появиться ровно через тридцать секунд, держа в руках свою диадему:

— Получилось! Птица там, только девушек почему-то две, и обе туманные какие-то.

— Мне туда точно не надо? — осведомился Страж Вихрей.

— Нет, это же девичья спальня! Янка, ты кольцо взяла?

— Ага, — отозвалась девочка. — А ты пойдёшь с нами?

— Да, но не все сразу, ладно? Ты тоже возвращайся, как кулон заберёшь.

— Как договаривались, — Яна сосредоточилась, представляя себе светло-лавандовый камешек, и через несколько мгновений оказалась в душной полутёмной комнате.

* * *

«Ну вот, опять эта скучная жизнь!» — машинально скривилась девушка, даже не успев окончательно проснуться.

— «Школу-то окончила, ну и что? Будет вместо скучной школы скучная работа – вот и вся разница. Разве что имя поменяю в восемнадцать лет, а то не успела родиться – и уже тётушка!» — именовалась она всё ещё Зоей, что служило ей дополнительным поводом для войны со старшими поколениями. Воевала девушка, впрочем, тоже скучно, ибо родители не напрягали её ни особой муштрой, ни особой работой – как и прочая домашне-соседская фауна, они были абсолютно средними провинциалами, а не опереточными мать-и-мачехами.

«Господи, что за вонь? И что это вообще за бомжатник?» — запах немытой человечины оказался хорошим будильником, и девушка быстро открыла глаза. Количество силуэтов, мелькавших на фоне тёмных потолочных балок, первоначально не поддавалось учёту, но в итоге, дико злясь на себя за совершенно необъяснимую слабость, она всё же зафиксировала цифру «два».