Затопь

— Диана, мы не можем сейчас позволить себе этого ребёнка, — спокойно говорил человек. — Мы не справимся с этим…

— Мы, может, и нет, а я — да! — выплюнула мама, и Артур почти увидел, как её слова поплыли сквозь толщу воды к грузному мужчине, взорвались у его лица. — Если ты не захочешь помогать мне, я уйду, уеду к чёрту из этого города и сама со всем справлюсь!

— Диана, послушай, давай не будем торопиться и кидаться словами… — прогудел мужчина. — Давай всё обсудим.

— Нет, папа, тут нечего обсуждать! Я оставлю этого ребёнка, и мне плевать, что ты думаешь на этот счёт! Я ухожу!

Мама рванула куда-то прочь, за границу света, а грузный мужчина вскочил с дивана, протянул руки за ней, гулко крикнул:

— Диана! Стой!

Снова оказавшись в темноте, Артур потрясённо пялился перед собой.

Мама никогда не рассказывала о своих родителях, даже на прямые вопросы Артура отвечала уклончиво, и он перестал их задавать. Для себя он решил, что мама, возможно, была сиротой и сама своих родителей никогда не знала, принял эту версию, но оказалось, у неё был отец, а у него, значит, — дед. Интересно, дожил ли он до рождения внука? Дожил ли до настоящего момента?

В четвёртый раз свет вернулся неярким бра на стене больничной палаты. Мама лежала на кровати, бледная, осунувшаяся, но улыбающаяся самой светлой и умиротворённой улыбкой, которую только можно было представить. На руках она держала младенца.

Артур смотрел на себя — сморщенного, синюшного, нелепого — и думал, как же страшно он выглядит.

Просто удивительно, как мама могла смотреть на это чудовище с такой любовью! Но она смотрела. Коснулась кончиками пальцев пухлой щёчки малыша, отчего тот недовольно нахмурился, и улыбнулась.

— Они сказали, что ты нежеланный, — шепнула она малышу. — Незапланированный. Что ж, может быть, всё получилось действительно неожиданно.

Лоб малыша разгладился, словно он прислушивался к сказанному так же жадно, как Артур. Если бы у него осталось дыхание, он бы сейчас его затаил.

— Но я люблю тебя больше всего на свете, — сообщила мама. — Больше, чем ты можешь себе представить. Больше этой вселенной.

Теперь светлые волосы вокруг её головы казались не львиной гривой и не солнечной короной, а нимбом ангела.

— Ты действительно незапланированный, — сказала она. — А ещё ты невозможный. Невероятный. Ты настоящее чудо.

Даже если бы сразу после этого свет не погас, Артур бы всё равно не смог больше ничего увидеть или услышать.