Затопь

— И что ещё ты видишь своими чудо-глазками?

— Что ребёнок не должен бояться прикосновений, — Макс старалась оставаться спокойной, но это получалось всё тяжелее. — Что не должен ожидать наказания за малейший проступок.

— Мне лучше знать, как обращаться со своим ребёнком, — огрызнулась Лилия.

— Я вижу синяки на его запястьях, — продолжала Макс, не слушая её. — Я вижу его страх.

— А ты не видишь, — Лилия приблизилась на несколько шагов, так что ей пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть Макс в глаза, — каково жить, когда каждый день рядом с тобой лицо, которое ты ненавидишь больше всего на свете?! Не видишь своими намалёванными тут и там глазами каждый день напоминание о чём-то ужасном?! Каждый день?!

Отчего-то после этой отповеди спокойствие вернулась к Макс, она взяла себя в руки.

— Я вижу это лицо в отражении, — она твёрдо смотрела в глаза Лилии. — Каждый день. Из глади моря, из зеркала, из каждой кружки чая оно напоминает мне о кое-чём ужасном.

Лилия зло рассмеялась:

— Это совсем не то, девочка! Ты вспоминаешь горе, а я вспоминаю ужас, боль и отвращение! Тебя хоть раз брали силой, девочка?! Ты даже представить себе не можешь!

— Мне жаль, — Макс постаралась смягчить свой голос. — Мне правда жаль. Если бы я могла что-то сделать, я бы приложила все силы, чтобы исправить это, но нет такого чуда, которое могло бы изменить то, что случилось. Но это было давно, и это был другой человек, а Мике…

Лилия рванула мимо неё, схватила мальчика за плечо, от чего тот болезненно поморщился, втащила во двор и встряхнула.

— Точь-в-точь его отец! — прошипела Лилия. — Те же белёсые рыбьи глаза, как у той твари! Каждый день смотрю в них и вспоминаю, что он сделал со мной!

— Зачем вы вообще оставили ребёнка? — Макс наступала на неё. — Никто бы не осудил вас, если бы вы избавились от него сразу или бросили в приюте, — она сделала ещё шаг. — Если его вид вам так ненавистен, зачем было оставлять его?

В глубине взгляда Лилии Макс могла рассмотреть слова: «Я думала, что смогу его полюбить».

— От этого ублюдка есть какая-то польза, — выдавила она сквозь смех, — он убирает для меня дом, моет посуду, стирает… Ты бы видела, как он стирает, аж до крови сбивает пальцы, так старается! Лучше всякой машинки!

Она встряхнула Мике, маленькое тельце снова дёрнулось.