Затопь

Даже если бы ночная беготня не привела его в Затопь, он бы схоронился в каком-нибудь укромном углу, а потом продолжил бы бежать и прятаться, пока не ощутил бы себя в достаточной безопасности.

Если бы этот момент вообще настал.

— Что ж, — кивнула Макс, — раз такое дело, можешь пока остаться с нами. Если хочешь, конечно.

Кипятильник вскинула на неё удивлённый взгляд, и даже жмущейся к боку Макс Солнышко распахнул глаза. Их реакция озадачивала и самую малость напрягала, но у Артура было слишком много впечатлений за последние сутки, так что он просто ответил:

— Да.

— Тебе придётся участвовать в нашей жизни, — влезла в разговор Стекляшка-Ида.

— Само собой, — уверенно кивнул Артур, даже примерно не представляя, какая помощь может потребоваться его новым знакомым. Не каждый же день они мешки из дома в дом перетаскивают.

Дверь за спиной Макс снова отворилась, и в дом вошёл ещё кто-то, пока ещё скрытый от взгляда Артура.

— Вот все и в сборе! — обрадовалась Стекляшка-Ида.

— Знакомьтесь, — объявила Кипятильник, — это Артур, а это, — её голос резко сменился недовольным ворчанием, — Фархат.

Глава 3, в которой Артур помогает

Солнышко отдал Иде осколок артуровой бутылки, та покрутила его в руках, просмотрела на свет и радостно заключила:

— О, прекрасно подходит! Очень сильное! Спасибо, малыш!

Солнышко просиял. Ида продолжала разглядывать бутылочное горлышко, бормоча себе под нос:

— Можно, наверное, даже разбить его на несколько частей… Хватит раза на три, не меньше…

Артур мог бы задаться вопросом, для каких целей она собралась использовать битое стекло, или всё-таки попытаться узнать, на какую помощь он так поспешно согласился, но вместо этого разглядывал вошедшего.

Фархат оказался смуглым брюнетом, но как-то иссиня, холодным, словно его кожу и волосы не поджарило яркое солнце, а затемнила прохладная ночь. Сначала Артуру показалось, что из-под свободной рубахи и коротких штанов у Фархата выглядывает какая-то более закрытая одежда, потом — что он где-то основательно запачкал лодыжки и предплечья, и только потом он сообразил: руки и правую ногу Фархата покрывала настолько плотная вязь татуировок, что они почти сливались в сплошную черноту.

Артур вынужден был себе признаться, что никогда прежде ему не доводилось видеть такую странно выглядящую компанию.