Марк Мракович. Каникулы в Страхсильвании

— Пойду, пройдусь перед сном. Если что, попозже перекушу, раз тут такой щедрый сервис.

— А переодеться? — напомнил Марк.

— Я ненадолго. Да и кто меня ночью будет разглядывать? А вы давайте ужинайте и идите отдыхайте.

Виктор не спеша вышел из трапезной, и только его фигура скрылась за проходом, как Дарин тут же подскочил:

— Пойдём, надо проследить, куда это он попёрся.

— Ты что, шутишь? — не поверил Марк.

— Нисколько. Ты думаешь, он просто на прогулочку, да? Вечерний променадик? Не доверяю я ему.

— Опять ты начинаешь… Да и куда тут пойти можно? На тыквенное поле, разве что…

— Ему лучше знать.

Дарин подбежал к проходу и аккуратно выглянув, подзывая махнул рукой.

Марк нехотя встал, взял спящего Карлоффа за пазуху и поспешил следом. Идея следить за Виктором ему не нравилась, а с другой стороны, любопытство было куда сильнее.

По пути Марк решил проверить один из стульев, на которых сидели бородатые парни.

— Что ты там копошишься? — раздался недовольный голос Дарина. — Давай быстрее!

Марк не стал отзываться, а лишь попробовал сдвинуть стул. Он взялся за спинку и с силой потянул в сторону, но тот нисколечко не поддался.

Стул был ровно таким же тяжёлым, как и все остальные.

* * *

Беспорядочно расставленные могильные плиты и статуи освещала яркая луна и огоньки зелёных свечей. Они хоть немного, но помогали в очередной раз не споткнуться об те же самые тыквы, которых на пути было немерено и не шваркнуться прямо на сырую землю.

— Понаставили тут всё, как попало… — ворчал Дарин.

— Это, между прочим, то самое Корявое Кладбище, — сообщил Марк, пока они брели, и высматривая Виктора среди покосившихся надгробий.

— Я очень рад! У меня вообще теперь никаких вопросов нет, почему оно называется так… коряво… Лучше и не придумаешь при всём желании.

Дарин случайно налетел на горбатую старуху, появившуюся откуда-то сбоку, и шарахнувшись от неё, ускорил шаг.

В столь поздний час на кладбище было полно посетителей, поэтому затеряться среди них не составляло особого труда. А вот высматривать Виктора из-за этого становилось несколько сложнее — в темноте его легко можно было спутать с кем-то другим и ошибочно пойти следом.

— Это была твоя идея.