Марк Мракович. Каникулы в Страхсильвании

Он бросился к двери, протягивая руку, чтобы успеть ухватить падающего Марка…

Но не успел…

Лошади опять громко заржали.

Это было последнее, что видел и слышал Марк, прежде чем сильно зажмурил глаза. Руки, отцепившись, повисли вдоль тела, и он мысленно приготовился к тому, что в следующее мгновение произойдёт удар об землю.

Грудь и спину что-то сдавило.

Звук несущегося дилижанса и топота копыт отдалялся всё сильнее, но падения и последующего удара не было. Вместо этого ветер бил по лицу, а за спиной слышалось хлопанье, похожее на взмахи… крыльев!

А затем раздалось и знакомое беспрерывное карканье.

— Карлофф! — закричал Марк, обрадовавшись родному голосу.

Распахнув глаза, он вскрикнул, когда не сразу, но понял, что летит высоко в небе, обратно, в сторону Тыквенной Теснины. Марк опустил голову и увидел на груди огромные сильные руки. С тёмной глянцевой кожей они крепко и уверенно держали его в полёте. Боясь представить, кому они принадлежат, Марк резко оглянулся и его самые страшные опасения подтвердились — это был тот самый громила из поезда.

Теперь, когда у него на глазах не было очков, они светились кислотно-зелёным светом, на который было невозможно подолгу смотреть. Монстр летел, облачённый в одни только брюки и непрерывно махал огромными кожаными крыльями, как у летучей мыши. А рядом парящий Карлофф каркал и норовил когтями поцарапать ему лицо. Но сколько он не пытался, ему это не удавалось. Попытки ворона навредить лишь ещё больше злили здоровяка, заставляя его недовольно рычать и скалить острые клыки.

Марк громко закричал от страха и машинально схватился за медальон. Он боялся, что тот вот-вот раскалится, но нет, медальон был на ощупь таким же, как всегда. Без малейшего даже намёка на потепление. И несмотря на то, что медальон неоднократно касался здоровяка, в этот раз он на это совершенно никак не реагировал, в отличие от случая в поезде.

— Отпусти! Верни меня обратно, — бесстрашно закричал Марк, вспомнив про Виктора и Дарина. Он принялся лупить монстра по рукам со всей силы, на которую только был способен.

Неизвестно, на что рассчитывал Марк, пытаясь вырваться. Все его мысли были лишь о том, что дилижанс несётся к краю пропасти. Успеют ли друзья выпрыгнуть, или, быть может, Игорь успеет очнуться и остановит лошадей?

Громила, недовольно прорычав, начал стремительно снижаться. Бросив Марка на гору опавших листьев под одним из деревьев, он развернулся и умчался обратно в сторону пропасти.